– Не стоит так торопиться, Рейн, – взмахнул руками Хейворд, призывая к спокойствию.

Риджли презрительно усмехнулся, поднимаясь с места.

– Сядь, пока он не спустил с тебя шкуру, – пробормотал Шеппард, тасуя карты.

– Риджли!

Все повернулись к высокому темноволосому мужчине, который шел в их сторону. Он сдержанно поклонился пэрам, затем посмотрел на Монтгомери.

– Капитан Макбейн.

Рейн кивнул, вспомнив, что тот присутствовал на балу у генерала, и отогнал от себя другой образ.

– Извините парня, сэр. Он недавно вернулся с поля битвы и еще полон…

– Я не нуждаюсь в заступничестве, капитан. Он шулер.

– Ничего подобного, и вы это знаете, Риджли. Примите свой проигрыш, как подобает мужчине, – ответил капитан, зная, что помимо всего прочего Монтгомери необыкновенно гордый человек.

– Он предъявил серьезное обвинение.

Рейн смотрел на лейтенанта, который ненавидел его только за происхождение. Видимо, он сейчас примерно в том же возрасте, как и его настоящий отец, силой овладевший когда-то его матерью.

– Вы принимаете вызов?

Глаза у Риджли вспыхнули, и, несмотря на алкоголь, затуманивший ему голову, он вспомнил, что Монтгомери прекрасно владеет оружием.

– Уверяю вас, ублюдок на это способен. Так что пусть выбирает пистолеты или шпаги.

– Извинитесь, лейтенант, – поспешно сказал Макбейн. Хейворд пристально смотрел на Рейна и по выражению его обычно бесстрастного лица определил, что Монтгомери рвется в бой.

– Лейтенант!

– Прошу извинить… – выдавил тот и умолк, когда Монтгомери наклонился к нему.

– Ты проживешь еще день, мальчик. Не трать его зря, – свирепо прошептал он и громко добавил: – Всего хорошего, джентльмены.

Рейн поклонился и направился к двери, отрицательно качнув головой на просьбы вернуться. Все расступились.

Выйдя на улицу, Рейн послал за своей лошадью и стал расхаживать взад-вперед, ожидая, когда приведут Нараку. Приличное общество. Да он знавал портовых грузчиков с лучшими манерами. Забавно, подумал Рейн, кидая монету пареньку и вскакивая в седло.

Полученная информация оказалась не столь полезной, как он надеялся. Его нисколько не беспокоило, что он стал мишенью для шуток. Не будет он убивать и мальчишку-офицера, он лишь продукт соответствующего воспитания или отсутствия такового. Рейн позволил жеребцу выбирать дорогу, а сам принялся восстанавливать в памяти минувший вечер и размышлять над фактами. Джермен вычеркнут из списка предполагаемых отцов, теперь в нем осталось три кандидата. По прошествии стольких лет его родитель достаточно богат, чтобы закрыть перед ним все двери, стоило ему приступить к расспросам.

Нарака вдруг остановился, и Рейн увидел трех человек. Дьявольщина! Он наклонился вперед, опершись на луку седла.

– Джентльмены?

– Давай его сюда, парень.

Неужели лейтенант вновь обрел мужество? Нет, его командир не походил на человека, который так быстро выпустит своего подчиненного из виду.

Рейн вытащил кошелек.

– Не это, – последовал раздраженный ответ.

– Тогда что, джентльмены? Рубашку, сапоги?

– Медальон.

– Какой медальон?

– Не умничай, парень. – Раздался щелчок взводимого курка. – А то пристрелю.

– Вы думаете, он при мне?

Стоявший в центре махнул рукой, и его сообщник подошел ближе, направив длинноствольный пистолет в грудь Рейну. Тот не шевелясь следил за его приближением.

– Расстегни свою рубашку.

Капитан отклонился назад, выхватил пару дуэльных пистолетов, и человек попятился.

– Я заберу с собой по крайней мере двоих из вас.

– Тогда и сам умрешь.

– Ты уверен?

Человек подошел, и Рейн ударил его рукояткой по голове.

– Наша первая встреча уже выветрилась у тебя из памяти? Хлопок выстрела, яркая вспышка, и пуля просвистела возле уха Рейна. Он выстрелил в ответ, противник рухнул на землю, другим выстрелом ранил второго, намеренно целясь ему в ногу, потом сунул разряженные пистолеты за пояс и выхватил нож. Он подкидывал клинок, заставляя его танцевать на ладони и сверкать в лунном свете.

Пока раненый завороженно смотрел на эту картину, Рейн нагнулся, ухватил его за куртку и поднял с земли.