Он выкрикнул команду, и его горемычное войско, бросив пони и прекратив беготню, постепенно начало собираться вокруг командира. Двое убегавших карабкались наверх, преследуемые по пятам таможенниками. На вершине скалы они разделились, и лейтенант немного помедлил. Ему нужен только один. Стоит ли посылать погоню за обоими, или лучше сложить все яйца в одну корзину?

Тот из контрабандистов, что был поменьше ростом, вдруг обернулся, и в воздухе прозвенел громкий издевательский смех, от которого у Оливера мороз прошел по коже. Смеются не только над ним, но и над законами его величества!

Он ринулся к преступнику, на ходу вытаскивая шпагу. Но Мерри была готова к нападению и парировала удар, сделав выпад. Она почувствовала, как сталь разрывает тугую плоть, услышала треск рвущейся материи и, осознав, что если помедлит еще чуть-чуть, перевес будет на стороне Оливера, повернулась и побежала. Боль в бедре застигла ее врасплох. Ногу отчаянно жгло, как от сильного пореза. Когда она дотронулась до ноющего места, ладонь стала мокрой. Пока она поворачивалась, раненый лейтенант успел ударить наугад и зацепить противника острием своей шпаги. Сгоряча Мерри ничего не ощутила, но уже через минуту сообразила, что произошло.

Жжение все нарастало, превращаясь в настоящую муку, а по ноге бежала теплая липкая струйка. Чем быстрее Мерри побежит, тем сильнее будет кровотечение.

Она свернула с дороги в поля, что было сил прижимая руку к бедру в напрасной попытке остановить кровь. Они все еще гнались за ней. Мерри не знала, сколько человек ее преследуют и погнался ли кто-то за Джоссом, или все гончие бросились за одним несчастным зайцем. Если бы не рана, она давно бы натянула им нос, поскольку знала местность как собственную ладонь и заранее спланировала маршрут отступления. И могла бы в любую минуту оторваться от врагов, но теперь ее путь был отмечен яркими пятнами крови, просачивавшейся сквозь пальцы.

Впереди замаячили камыши небольшой речки Уайти-Брук. Только в воде она сумеет замести следы!

Бросившись на землю, она поползла сквозь заросли в мутную ледяную воду, где Роб так часто ловил форель. Преследователи ломились сквозь камыши, выкрикивая проклятия и сыпля ругательствами. Но Мерри уже погрузилась в воду с головой, предварительно набрав побольше воздуха в легкие.

Когда голоса немного стихли, Мерри вынырнула на поверхность и осмотрелась. Вода вокруг нее помутнела, бедро как-то странно онемело, а в ушах раздавался слабый, словно отдаленный звон. На другом берегу речки, в полумиле, виднелся Мэллори-Хаус. Если она переплывет реку, кровавый след не будет за ней тянуться, по крайней мере сначала, и у охранников уйдет время на то, чтобы снова его найти. Она была уверена, что они и не думают сдаваться. Единственный шанс на спасение — Дэмиен, если, конечно, она не хочет истечь кровью в проклятой Уайти-Брук. Выбор не из легких!

Девушка с мрачной усмешкой выбралась в камыши на другом берегу, где и оставила пистолет и шпагу. Теперь они вряд ли ей помогут.

Откуда-то издалека донеслись топот и вопли. Таможенники не дремлют! Очевидно, лейтенант послал своих людей в поля за речкой. Если они не найдут ее и если офицер так умен, как считает Дэмиен, не пройдет и нескольких минут, как он пошлет своих людей пересечь речку, и там они мгновенно отыщут след. Ей удалось выиграть минут пять — десять, не больше, за которые нужно добраться до Мэллори-Хауса. Там придется придумать, как разбудить Дэмиена.

Однако Ратерфорд и не думал спать. Вот уже битый час, как он лежал в огромной постели кузена Мэтью, тупо уставясь на выцветший узор из драконов и змей на парчовом балдахине. Как он ни старался, ничто не было способно вызвать благословенное, беззаботное, бессознательное состояние.

Вполголоса выругавшись, он встал, высек огонь и зажег свечи на каминной доске. Можно побиться об заклад, что маленькая негодница уже давно сопит носиком в своей постели, пока он мечется по спальне, испытывая муки ада.

В комнату влетел камешек, ударился о кроватный столбик и, отскочив, упал на потертый ковер. Подняв его, Дэмиен подошел к окну и всмотрелся в темноту.

— Кто там?

— Тише, — донесся голос Мерри. — Пожалуйста… Голос ее замер, пресекся, и сердце Ратерфорда бешено заколотилось, а ладони мигом вспотели.

— Подожди здесь!

Накинув халат поверх ночной сорочки, он помчался вниз, перепрыгивая сразу через три ступеньки, откинул засовы парадной двери, впервые благодарный Богу за то, что Перри глухи и слепы ко всему, что происходит вокруг них. Пожар, потоп, гром небесный не заставили бы их проснуться.

Он нашел Мерри скорчившейся в кустах под его окном и сначала подумал, что она без сознания, но тут бедняжка открыла глаза и прошептала:

— Береговая охрана… Они скоро будут здесь… найдут по каплям крови…

— Господи милостивый! — яростно воскликнул он, поднимая насквозь промокшее, дрожащее, хрупкое тельце. — Проклятие, Мередит! Ты что, тонула?

— Пришлось плыть, — чуть громче пояснила она. — Чтобы сбить их со следа, сам понимаешь.

— Я ничего не понимаю!

Он устремился в дом, чувствуя, как ладонь становится липкой от крови.