«Буду брать деньги вперед, — легко разрешил это противоречие герой. — Затем приглашу позировать и покажу заказчику голову!»

Просто грандиозные перспективы!

Но перспективы перспективами, а вот провести испытания следовало как можно скорее или, лучше, немедленно.

Персей встал со скамьи и, прихватив с собой мешок, воровато выбрался на палубу, наметанным глазом выбирая жертву важнейшего эксперимента.

Превратить в будущее произведение искусства герой решил корабельного кашевара, который, судя по той мутной бурде, что он ежедневно приносил Персею в каюту, вознамерился героя отравить. Как команда корабля терпела этого изувера, оставалось загадкой.

Экспериментатор затаился на корме корабля, спрятавшись за скелетом убиенного в незапамятные времена кита, так и не выброшенного за ненадобностью в море. У матросов все никак руки не доходили.

Кашевар появился на корме где-то через полчаса. С ведром помоев в руках этот подозрительный грек не спеша приблизился к правому борту, намериваясь вылить содержимое ведра в море.

Персей быстренько зыркнул по сторонам, нет ли где свидетелей, но таковых, к счастью, не нашлось. Ну, если не считать свидетелем сидевшего на мачте любимого попугая кормчего. Попугай по кличке Попо меланхолично чистил перья, с большим неодобрением косясь на прячущегося внизу героя.

— Заложит, сволочь! — сквозь зубы зло процедил экспериментатор, но отступать от задуманного было поздно.

Проигнорировав наглую птицу, Персей выскочил из своего укрытия и, выхватив из мешка голову Медузы, тихо окликнул кашевара:

— Эй, дядя!

Кашевар дернулся, как эпилептик и, резко обернувшись, ошалело уставился на черепушку Горгоны.

— Эт-т-то чт-т-то? — нервно спросил он. — Голова Медузы?!

— Ага! — улыбнувшись, подтвердил Персей.

ХЛОП!

Вместо живого эллина на корме застыла (в довольно нелепой позе) искусно вытесанная каменная статуя.

Нервно захихикав, герой осторожно подошел к изваянию. Заглянул в каменное ведро, потрогал мраморные сосульки бакенбардов.

— Великолепно!

Удовлетворенно полюбовавшись проделанной работой, Персей спрятал голову монстра обратно в мешок и, достав из ножен меч, выцарапал на колене статуи:

«Водолей. Скульптор Персей с Аргоса».

Затем герой снова воровато огляделся и, поднатужившись, спихнул изваяние в море.

Впоследствии великолепная работа героя-скульптора оказалась во дворце владыки морей Посейдона, где стояла рядышком с такими известными изваяниями, как «Пьяный Зевс дремлет после обеда» и «Влюбленный Аид с букетом асфоделов». Хоть и посмертно, но кашевар с корабля Персея удостоился великой чести.

Возвращаясь в трюм, весело посвистывающий герой внезапно обо что-то споткнулся, больно ударив ногу.

Громко выругавшись, Персей гневно осмотрел палубу. Прямо у его ног валялся крупный каменный попугай с удивленно открытым клювиком.

— Попо, дружище, неужели это ты?! — ошеломленно проговорил герой, поднимая фигурку.

Никаких сомнений быть не могло. В руках Персей держал каменную копию (копию?) любимого попугая кормчего.

«Видно, тоже попался суеверный», — мрачно подумал начинающий скульптор, выкидывая фигурку в море.

Птичку было жалко.

Однако возвращаться на остров Сериф Персей не спешил. Конечно, ему было интересно, как там его мать уживается с придурком царем. Да и на свадьбе не удалось побывать, что тоже было немного обидно. Слишком уж поспешил нетерпеливый герой покинуть остров, стремясь совершить свой первый подвиг.

Ну да сатир с ним.

На обратном пути на корабле закончились запасы пресной воды, да и с провизией было неважно, хотя после странного исчезновения кашевара рацион команды значительно улучшился, ибо готовить стал старый бывалый кормчий.

Принял Персей решение высадиться на ближайший берег, дабы пополнить запасы воды и провианта.

Изменили курс.

Смотровой на мачте узрел сушу, и через несколько часов десять моряков во главе с Персеем высадились на незнакомый унылый берег.

— Идемте, обойдем вон те скалы! — зычно скомандовал герой, поправляя за спиной мешок со своим мощнейшим оружием. — Чует мое сердце, там мы найдем все, что нам необходимо.

Так и поступили.

Персей как в воду глядел. Живописные зеленые пастбища открылись взору путешественников; там мирно гуляли великолепные стада овец, быков и коров.

— Хватайте, братцы, все, что бегает на четырех ногах! — весело бросил своим спутникам беззаботный герой.

— Но позволь, господин… — подал голос один из моряков, — разве мудро ты поступаешь, не зная, что это за владения и кому принадлежат великолепные стада, гуляющие по живописной долине?

— А не один хрен? — раздраженно спросил Персеи. — Греческий герой везде дома! Давайте ловите вон ту корову в яблоках!

Ничего не поделаешь, приказ героя — закон.

Однако в словах осторожного моряка был определенный смысл, и Персей все-таки решил наведаться к местному правителю.