Она и тогда была хорошим прикрытием, но со временем стала только лучше, можно не сомневаться. Отчасти благодаря уверенности в себе, отчасти благодаря Бетси. Ее возлюбленная показала ей, как грубую агрессию можно прятать под личиной невозмутимости и мягкого, но настойчивого интереса. Большинство жертв Мики Морган даже не догадывались, насколько блестяще она с ними разделалась, пока впоследствии не находился кто-то, кто устраивал для них специальный показ с обратной прокруткой пленки. Если требовалось пошарить, что прячет за блестящим фасадом Тони Хилл, никто не мог справиться с этим лучше Мики в живом интервью. Он уже намекнул ей, что ее сегодняшний гость не так прост и что за внешней респектабельностью могут скрываться весьма неприглядные вещи. Теперь слово за ней.

Первые пятьдесят минут программы он просмотрел взглядом знатока, оценивая качество и отмечая недостатки работы жены и ее коллег. Этого корреспондента из центральных графств следует убрать как можно скорее, решил он. Надо не забыть сказать об этом Мики. Вэнс терпеть не мог журналистов, которые на одном дыхании, словно о событиях одинаковой важности, вываливают информацию о войнах в отдаленных частях земного шара, перестановках в правительстве и новых мыльных операх. В этом обнаруживало себя равнодушие, которое успешнейшие из их собратьев учатся прятать гораздо раньше.

Странно, подумал он, как могло получиться, что жена не возбуждала в нем ни малейшего сексуального желания? Да, конечно, она была не в его вкусе, но ведь время от времени его привлекали женщины, не подходившие под его эталон красоты. Только не Мики. Даже в тех редких случаях, когда он мельком видел ее голой. Наверное, оно и к лучшему, если вспомнить, что свело их вместе. Один намек на то, что ему действительно нужно от некоторых женщин, и с Мики пришлось бы навсегда распрощаться. А ему определенно этого не хотелось. Особенно сейчас.

— И вот после перерыва, — сказала Мики с чарующей теплотой в голосе, вызывавшей, как он подозревал, эрекцию у безработных юнцов по всей стране, — я буду беседовать с человеком, который проводит целые дни, разгадывая мысли маньяков. Психолог-эксперт доктор Тони Хилл поделится с нами секретами недавно сформированного целевого подразделения. Мы вместе отдадим дань памяти женщине-офицеру, трагически погибшей в этой нелегкой битве. Все это, как и новости к этому часу, после короткого перерыва на рекламу.

Когда пошли объявления, Вэнс нажал кнопку перемотки видео. Он спустил ноги на пол и оперся локтями о колени, приготовившись внимательно слушать. Последняя картинка рекламы уступила место заставке «Полдня с Морган», и вот его жена улыбалась ему с экрана, как будто он был единственным светом ее жизни.

— Добро пожаловать обратно, — сказала Мики. — Теперь мой гость — известный врач-психолог доктор Тони Хилл. Рада приветствовать вас у нас в гостях, Тони.

Оператор дал двойной план, впервые явив глазам Вэнса босса Шэз Боумен. Краска мгновенно схлынула с его щек и тут же вернулась, залив их густым румянцем. Он-то полагал, что личность Тони Хилла окажется ему незнакома. Но человека на экране он знал. Впервые он обратил на него внимание не так давно, на соревнованиях по танцам, куда был приглашен спонсорами. Тот держался в сторонке, беседовал кое с кем из завсегдатаев. Сперва он выбросил его из головы, решив, что это — очередной псих, свежее пополнение в рядах его постоянных поклонников. Но накануне, в спортивном центре, заметив, как тот раздает окружающим визитные карточки, он удивился. Он даже собирался послать кого-нибудь проверить, что это за тип, но потом забыл. Сейчас вчерашний незнакомец сидел на диване и беседовал с его женой на глазах у миллионов телезрителей.

Выходит, это был не обычный зануда. Не набитый дурак. Выходит, это был босс Шэз Боумен. И очень похоже на то, что и новый противник.

— Как трагическая гибель одной из ваших подопечных сказалась на остальных членах команды? — участливо спросила Мики. Она была безупречна — глаза блестят, вся подалась вперед, преисполненная самого искреннего сочувствия.

Тони отвел взгляд, было видно, что ему трудно отвечать на этот вопрос.

— Для нас это тяжелый удар, — сказал он. — Шэз Боумен — один из самых блестящих полицейских, с кем мне когда-либо посчастливилось работать. У нее был бесспорный талант к работе судебного психолога, и нам некем ее заменить. Но мы намерены сделать все, чтобы поймать убийцу.

— Вы работаете по этому делу в тесном сотрудничестве со следственными органами? — спросила Мики.

Его реакция на то, что она считала заурядным вопросом, оказалась интересной. Его брови взлетели вверх, глаза на секунду расширились.

— Каждый в нашем подразделении делает все от него зависящее, чтобы помочь, — поспешил он ответить, — и может быть, ваши зрители тоже захотят оказать нам помощь.

Она оценила, насколько быстро он сумел справиться с собой. У нее мелькнула мысль, что на тысячу людей, сидящих у телевизоров, вряд ли найдется хотя бы один, который успел что-то заметить.

— Какую помощь вы имеете в виду? Поясните пожалуйста, Тони.

— Как вы знаете, Шэз Боумен была убита в своей квартире в Лидсе. Однако у нас есть основания думать, что это — не случайное убийство. На самом деле ее убийцей может оказаться даже не житель Лидса. В ту субботу с утра, то есть часов за двенадцать до того, как ее убили, Шэз ездила в Лондон. Нам неизвестно, где она была и с кем виделась начиная примерно с половины одиннадцатого. Возможно, убийца к этому времени уже вступил с ней в контакт.