Девчушка лет десяти совершенно не боялась, и крутилась как юла, тараща глазёнки. Вспоминая довольно таки юный возраст Н-Гдэны я только диву давался, что у неё такая большая дочь. Сюрпризы начались, как только выехали за город и Ленка, дабы не травмировать малышку, предложила ей проглотить капсулу со снотворным.

– Не хочу, - В подтверждение своих слов энергично покрутив головой заявила маленькая упрямица.

Что удивительно, на вполне удобоваримом русском. От изумления у меня отвисла челюсть, а глаза Ленки поневоле засветились радостью.

– Откуда ты знаешь язык?
– удивилась Лена.

– Ольга Семёновна научила. Она постоянно говорила с нами только по-своему, и я скоро стала понимать. А ещё она показывала нам мультики.

При воспоминаниях о мультиках глаза ребёнка засветились восторгом.

Я же тихо радовался тому, что социалистическое наследие спустя добрый десяток лет после развала Союза неожиданно пригодилось. Вот уж действительно: "Где найдёшь, где потеряешь…"

– Но пойми, Кени, нам предстоит трудный перелёт, и тебе будет плохо.

– А на чём мы полетим?
– Живо поинтересовалось дитя.

– На очень быстром самолёте. И непослушных маленьких девочек в нём сильно укачивает.
– Терпеливо ответила Ленка.

– Хочу на самолёте, - немедленно заканючила нахалка.

Дело принимало серьёзный оборот, и я, поняв, что уговоры займут не одну минуту, растянулся на траве, заложив руки за голову и уставившись в небо. Надо сказать, ничего себе небо в этой самой Африке. Синее и прозрачное, без малейших следов облаков. И ещё на нём светило солнце. Симпатичное такое солнышко, обеспечивающее пятьдесят градусов в тени. Поскольку из растительности наблюдалась только травка, на которой я разлёгся, то тень, сами понимаете, была от Джипа.

Сквозь начинающую подступать дрёму я слышал Ленкин голос, продолжавший увещевать бесёнка, вовсю прыгавшего на переднем сиденье и нараспев декламировавшего что-то на непонятном для меня языке. Впрочем, кажется, вполне можно догадаться.

– Лен, может, сделать ей инъекцию?
– Вяло промычал я. А то ведь до вечера не уломаешь.

– Я думаю, не стоит.
– Возразила Лена.
– Не хочу травмировать психику малышки. Ей и так пришлось несладко.

– Как хочешь.
– Без энтузиазма согласился я.
– Тогда вот что. Я, пожалуй, "схожу к себе". Ну, окунусь там, и вообще.

Ленка понимающе хмыкнула. И то верно, ведь жара стояла несусветная. А насчёт отлить, так вообще, никаких условий. На ближайший десяток километров ни одного кустика, да ещё этот чертёнок в юбке.

Я поднялся и, отряхнув брюки от налипших стебельков, повернулся к джипу спиной, чтобы совершить "переход". Дьяволёнок, вовсю скакавший на кожаных подушках, с радостным визгом прыгнул мне на спину. А я "сделал" шаг, уносящий меня из чёртова пекла в такой уютный, родной дромос. С его оптимальной, не вызывающей дискомфорта температурой и ласкающим слух плеском волн любимой реки.

– Йо-у, - раздалось у меня над ухом. И, соскочив с моих плеч, девочка помчалась к воде.

Дьявол!. Во все глаза я таращился на маленькую проказницу, весело сбросившую платьице. Но зрение не обманывало. Малышка не проявляла ни малейших признаков недомогания, не говоря уже о со страхом ожидаемом мною "танце смерти". Напротив, забравшись в воду по грудь, задорно шлёпала ладошками, вызывая тучи брызг и заливисто хохоча.

– Как ты себя чувствуешь?
– Очумело спросил я.

В ответ мне что-то защебетали и окатили водой. Упёршись в этот языковой барьер я, не долго думая, повернул обратно, "выйдя" наружу и оказавшись нос к носу с Ленкой.

– Ну, слава Богу. А то я уж измучилась совсем.
– Она устало улыбнулась.
– Кстати, как там она? Спит?

Не желая что-либо объяснять, я схватил Лену за руку и мы вновь оказались на берегу реки.

– Дела-а, - только и смогла протянуть Лена, но глаза её помимо воли загорелись радостным блеском.
– Выходит…

– Выходит… - Пожал плечами я.

– Юрка, ты это… Вези нас домой. А я пока с Кени побеседую.

– А машина?

Лена недоумённо уставилась на меня, по-видимому, воодушевлённая тем, что "нашего полку прибыло" совсем забыв про джип.

– Какая машина?

– Джип здесь оставишь? Аборигенам в подарок?

– Ах да, извини.
– Она виновато улыбнулась и попросила, - "Выбрось" меня пожалуйста. На минутку.

После того, как чуть было не позабытый джип благополучно был "убран" я снова "провёл" Лену в коридор. И, усевшись в скутер и сопровождаемый негодующими воплями нашей маленькой гостьи, как видно требующей немедленно её покатать, снова оказался посреди раскалённой сковородки поросшей травой. Если, конечно, трава растёт на сковородках. И, отдав команду, взмыл в это замечательное небо, пронзительно синего цвета и без малейшего признака облаков.