Шрифт:
– Но это и в самом деле «Бик», производитель дешевых ручек? Одноразовых бритв?
– Да, это та же самая компания.
– И шлемы тоже одноразовые?
– Нет. Они стоят около ста долларов. Сьюзен пошла посмотреть одежду, а я разглядывал
охранников через окно. Дивный новый мир [81] . Дивный дешевый мир. Здесь можно восстановить прошлое во всех деталях, заплатив за это столько, сколько в моем мире стоит хороший напольный вентилятор. Я так задумался, что вздрогнул, когда что-то ткнулось мне в ботинок. Я машинально отбросил этот предмет ногой и только потом взглянул на него. Что-то круглое, металлическое, похожее на молитвенную подушечку, беззвучно двигалось по полу. Не сразу, но я все же понял, что это робот-пылесос. Эта чертова штуковина производила потрясающее впечатление. Вот бы как-нибудь прихватить такой для Магды, которая ненавидела уборку. А подумав о Магде, я сразу же вспомнил о том, что с ней должно было случиться. У меня все внутри похолодело. Неужели я не в силах это предотвратить? Как вернусь, надо будет немедленно отправить ее в больницу, пусть проведут полное обследование…
81
Дивный новый мир.– «Дивный новый мир» (1932) – знаменитая футуристическая антиутопия Олдоса Хаксли (1894-1963).
Но воспользовавшись этим шлемом, я вспомню все, что со мной было до настоящего момента. И узнаю, что на самом деле случилось с моей женой. Может, узнав все подробности, я смогу принять наилучшее решение.
Я думал обо всем этом, следя за пылесосом, когда продавщица спросила:
– Вы когда-нибудь уже пользовались «Биком», сэр?
– Что? Нет-нет, не доводилось.
– Это совсем не сложно, надо только его сначала примерить. Это большой размер. Может быть, вы присядете?
Я уселся на ближайший стул, и она протянула мне шлем. Он был на удивление легкий.
– Что теперь?
– Наденьте его на голову и скажите: «Фокус на лицо». Компьютер сам все отрегулирует.
– Там внутри есть компьютер?
– Да, сэр. Надевайте…
– Слышу, слышу, детка.
Настал момент истины, и моя душа слегка содрогнулась. Что со мной будет в следующие несколько минут? Если перед тонущим за мгновение проносится его прошлая жизнь, то передо мной должна была пронестись будущая. Но я нисколько не колебался – слишком многое было поставлено на карту.
Надевая шлем, я был приятно удивлен мягкостью его внутренней поверхности – по моим щекам словно скользнул нежнейший сафьян. Я совсем ничего не видел. Кромешная тьма. Будто в перчатку голову сунул. Как же через это можно видеть? Как можно ходить по улице в этих штуковинах и ни на что не натыкаться? Может, шлем надо как-то включить…
– И что теперь?
– Скажите: «Фокус на лицо».– Голос ее звучал ясно, как колокольчик, и это меня успокоило.
– Ах да, верно. О'кей. Фокус на лицо! – Заговорив, я почувствовал собственное горячее дыхание на своих щеках.
Шлем включился с легким щелчком. Потом в нем что-то застрекотало. Потом смолкло. Потом яркая зеленая вспышка, и внутри шлема что-то взорвалось, швырнув меня со стула на пол. Точнее, на пылесос, который попытался укатить со мной верхом. Для такого малыша он был довольно силен, но я превосходил его весом фунтов на полтораста, так что он просто подергивался подо мной и тихонько скулил. Я схватился за шлем, пытаясь сорвать его с головы, мне ужасно не нравился запах раскаленного металла, который я почувствовал сразу после вспышки.
– Помогите!
– Сэр, сэр, пожалуйста, подождите, сэр!
– Снимите его с меня!
Кто-то поставил меня на ноги, отстегнул шлем и стянул его у меня с головы довольно резким движением – они что тут, охерели?! Первое, что я увидел, был пылесос, который валялся на боку. Один из охранников держал в руках шлем и смотрел на меня с улыбкой в глазах – но не на губах. Рядом с ним стояла продавщица, ломая пальцы.
– Такого никогда прежде не было! Никогда!
– Значит, это я такой везучий. Что за чертовщина такая?
– Не знаю, сэр.
– Не знаете. Продаете изделие, которое поджаривает мою черепушку не хуже микроволновки, и говорите, что не знаете? Ни хера себе фокус на лице!
– Фрэнни, как ты?
Не успел я и рта раскрыть, как у Сьюзен на запястье запищали часы. Она закусила губу.
– Что-то срочное. Придется ответить. Вероятно, что-то случилось.
– Ну да, с моей головой!
Она поднесла часы ко рту и стала что-то бормотать. Пока она разговаривала, продавщица робко спросила, не желаю ли я примерить другой «Бик». Я испепелил ее взглядом. Позднее я понял, что это была моя вина. Мой собственный мозг закоротил компьютер. Как мог «Бик» восстановить воспоминания о жизни, которую я еще не прожил?
– Фрэнни, это Гас Гулд. Говорит, Флоон рвет и мечет, что мы ушли. Вроде бы он готовил для тебя большой сюрприз и хотел его продемонстрировать за завтраком, а мы взяли и исчезли.
Слушая ее, я провел пальцами по своим бровям и обнаружил, что они были здорово опалены.
– Мы исчезли, потому что он засранец. Пошел он к черту со своими сюрпризами.
– Но речь идет о Джордже. Каз нашел Джорджа Дейлмвуда и доставил сюда. Он ждет тебя в отеле.
Я посмотрел на кончики указательных пальцев. Они почернели от сажи и были облеплены остатками моих бровей. Наплевать, все равно завтра меня прикончит мотоцикл. Уж один-то день проживу и без бровей.
– Сколько мне лет, Сьюзен?
– Семьдесят четыре. – Ее лицо излучало любовь и тревогу.
– Отчего умерла Магда?
– Опухоль мозга.
– Господи Иисусе!
– Фрэнни, Флоон просил тебе передать, что Джордж нашел Вертью. Пес при нем, что уж это такое, бог его знает.
– Я знаю, что это такое. Пошли.
Мне не терпелось поскорее попасть в отель, но нам не встретилось ни одного такси, а мои ископаемые ноги едва меня слушались. Через тридцать лет после своего загадочного исчезновения мой лучший друг объявляется в Вене в компании с воскресшим псом, которому от роду несколько сотен лет? Ясное дело, я торопился! И то, как Флоон это сформулировал – он, мол, нашел Вертью,– убедило меня: за этим стоит нечто большее, чем обнаружение старика и собаки.