Я раздумывал. Больше церемониться с нами не будут - это ясно, как божий день. Скажу вам честно - вляпайся я во все это дерьмо один, дал бы задний ход. Пошел бы к Пушко, повинился, взял деньги и купил путевку в какую-нибудь страну с приятным, солнечным климатом. Тропические коктейли с длинными трубочками, с бумажными зонтиками и дольками экзотических фруктов, умопомрачительной красоты загорелые красавицы с ногами от самых ушей и все в таком духе, словом, мечта идиота. Но мой друг более упрям, чем я. После того, как нам сожгли компьютер, Солому не переубедить. Для него это все равно, что убийство, а может быть даже и хуже чем убийство. И предать его, выйдя из игры, я тоже не могу.

– Ну что, Лир?
– спросил Солома. Ему надоело сидеть без дела. Хорошо, когда человек уже все для себя решил.
– Что скажешь?

Я криво улыбнулся, оглядел задымленный притон и пожал плечами. Пахло чем-то горелым.

– Балахончик?

– Что?

– Давай еще пива. Хорошего. Сгоняй в соседний кабак, если надо.

Балахончик запыхтел, скорчив оскорбленную гримасу. Кончик длинного носа даже чуть побелел от обиды.

– Я тебе кто - посыльный?!

Солома мрачно посмотрел на него и Балахончик, утихнув, слинял. Солому он боялся больше, чем меня.

– Значит война?
– понизив голос спросил мой приятель.

Я рассеянно кивнул, составляя в уме план предстоящей компании. Сколько же всего нам предстоит переделать, если мы собираемся прижучить этих ублюдков?

– Значит, она, родимая. Или что-то вроде.

Солома жестко усмехнулся. Я и представить себе не мог, что он умеет так усмехаться. Интересно, кого мне следует сейчас пожалеть? Пушко, которого Солома намеревается распять или же себя любимого, которого скорее всего распнут вместе с Соломой.

Когда Балахончик вернулся с ящиком "Гиннеса" я поймал себя на мысли о том, что со стороны все это, наверное, должно выглядеть по-детски: два мелких клерка из ДСН объявляют войну компании РЗР и коррупции в собственном ведомстве. Обхохочешься.

За окнами весь день моросил дождь. К ночи небо оказалось затянуто темной пеленой грузных туч, за которыми не видно ни звезд, ни луны.

Тело сковано оцепенением. Оно мягкое и волокнистое, словно вата, обволакивающее исподтишка тело, мысли и душу. Будь это стальные путы - и она попробовала бы сбросить их, скинуть, разорвать или просто подобрать подходящую отмычку, чтобы избавиться от них, но с оцепенением идущим изнутри бороться не хочется. Ты просто сидишь и вязнешь, потому что больше нет сил, потому что устала, разучилась верить и надеяться. Ничего больше нет.

Вика коснулась рукой "мышки", подвела серую, тусклую стрелочку к изумрудному ярлычку дип-программы и помедлила, раздумывая. А, какая разница, в конце концов?

Вспыхнули на несколько мгновений краски, закружилась по экрану светящаяся метель. А потом подхватила ее и унесла прочь от усталого тела туда, где бал правит разум. В глубину. В Диптаун. В комнатку маленькой гостиницы.

Вика постояла несколько секунд неподвижно, привыкая к новому окружению.

– Привет, Вэнди, - прошелестел голос.

– Привет, Питер.

Девушка подошла к окну и выглянула наружу. Все те же диптаунские сумерки, так похожие на реальность. Разве что дождь не идет, да воздух кажется чище и свежее. Подойдя к шкафу девушка один за другим перебрала все висящие на "плечиках" скины, похожие на содранную кожу, и так же - один за другим запихнула их обратно в шкаф. Сегодняшний "наряд" - самый ее любимый и самый привычный. Ей не хотелось превращаться в кого-то еще.

Она спустилась по лестнице в маленький, выдержанный в темно-зеленых тонах холл и вышла на улицу. Возле дверей, на деревянной лавочке в тени дерева сидел вихрастый мальчишка. Увидев ее, он вскочил, кивнул и замер в ожидании приказов.

– Все в порядке, Питер, - Вика кивнула привратнику и опустилась на скамейку.
– Просто посиди со мной.

– Ладно.

Мальчишка радостно улыбаясь примостился рядом. Сконструировав и настроив эту программу Вика вытащила образ из одного старого кинофильма про виртуальную реальность. Того паренька тоже звали Питером и он продавал звездные карты.

– У тебя озабоченный вид, Вэнди, - Питер чуть склонил голову набок, вглядываясь в ее лицо.

– Я думаю, не совершила ли ошибку, Питер.

– Какую ошибку, Вэнди?

– С выбором партнера, Питер, - Вика коснулась пальцами земли, подобрала камешек и принялась перекидывать его с ладони на ладонь.
– Мне кажется я ошиблась в нем.

– Расскажи побольше, Вэнди.

На лавке рядом с ней сидела всего лишь программа, которая умеет поддерживать разговор. Если ему рассказать, то ничего страшного не произойдет. Все это можно будет потом стереть из файлов. Питер механически щелкал семечки, сплевывая на посыпанную гравием дорожку.