– На вокзале таких снимай! – зло отозвалась Рита.

– Ну как хочешь, – не менее зло произнес казак-металлист. – Пятьдесят долларов на дороге не валяются. Теперь больше двадцати не получишь.

Он двинулся к женщине, мерзко вихляя обтянутыми галифе бедрами, по-прежнему играя нагайкой.

– Будешь сопротивляться, и пяти не дам! – ощерился он, подойдя к Рите вплотную. – Так что давай сама… По-доброму!

– Сначала выходит статья, ну а потом… все остальные действия! Этому Вечеру некуда будет деваться. Ко всему прочему, у нас имеются заложники, и Вечеру они дороги не только как память, – изложив весь свой план, Горлач позволил себе улыбнуться.

– Кто напишет статью? Не ты же? – улыбнулся, в свою очередь, Стекольщик. – Тебе нельзя засвечиваться ни в коем случае!

– Думаю, надо подключить госпожу Ланковскую. Она здесь недалеко, в очередной служебной командировке. В деле обливания дерьмом всевозможных спецназов ей нет равных.

– Мерзкая баба, – скривился Стекольщик. – Но я согласен с тобой – мы должны начать информационную пропагандистскую войну. И ты придумал неплохой компромат на Сладкова.

– Лавры достанутся покойникам… Булышеву и Середе. В статье обязательно будет намек, что оба погибли, потому что много знали о своем шефе. Ланковская исхитрится написать так, что Сладков не сможет подать на нее в суд, но будет замаран по самую макушку.

– Хорошо. Звони этой крысе прямо сейчас и вызывай ее немедленно.

С этими словами Стекольщик протянул заметно повеселевшему Горлачу телефонную трубку.

Малышев, скрипя зубами, слушал и смотрел «беседу» Риты с казачком-металлистом. Что ему делать? При всем желании он не сможет попасть на самолетную базу, да еще с такой скоростью. Час назад Женю покинул Кентавр, который вынужден был вернуться в Изгорск, после того как услышал по «пачке Вечера», что Тоня и Чабан фактически находятся в заложниках.

– Что смогу, сделаю, – сказал Кентавр. – Чего не смогу, тоже.

Малышев скупо попрощался с Михаилом. Ему, Женьке, тоже предстояло сделать невозможное. Ведь Рита и Вечер ТАМ… В тылу врага, в самом сердце его логова. Спустя пятнадцать минут пропала связь с Вечером. Но вскоре включилась камера Риты. И вот теперь Женька наблюдал и слушал следующее:

– Будешь сопротивляться, и пяти не дам! Так что давай сама… По-доброму!

– Что же ты на женщину с кнутом, пушкой? – послышался голос Риты.

Саму женщину экран не показывал, так как пачка сигарет лежала в верхнем кармане ее курточки.

– Может, у тебя и… имеется? – с вызовом спросила Рита.

Что должно было иметься у казачка, Женька не расслышал. Звукопередающее устройство периодически барахлило. Казак что-то ответил, но Женька уже совсем не разобрал слов. Ухудшилось, почти исчезло изображение. Это означало, что металлист вплотную подступил к Рите, обхватил ее… А он, Женька, гвардии капитан Малышев, сидит здесь, в машине, и пялится в ослепший экран косметички.

– Дай подержать? – неожиданно прорвался сквозь помехи совсем не взволнованный, скорее просящий голос Риты.

Казачок ответил невнятно. Изображения по-прежнему не было. А через пару секунд в наушниках грохнуло так, что Женя невольно затряс головой. После грохота почти одновременно пропали и звук, и изображение. Это означало, что с видеокамерой что-то случилось. Женька отбросил ставшие ненужными наушники и косметичку. Похоже, рядом с Ритой произошел взрыв. Или что-то в этом духе. Теперь у капитана Малышева не было другой дороги, кроме как на базу самолетной ассоциации. Как ему попасть туда? Выяснить, что произошло с Вечером и Ритой? Этого Женька пока не знал, но должен был сообразить в самые ближайшие минуты. Ноги сами несли Малышева к высоченному забору ассоциации самолетного спорта.

Применять насилие казачок не решался. Все-таки она была женщиной подполковника, и имело смысл договориться полюбовно.

– На женщину с кнутом, с пушкой? – отодвигаясь на максимально возможное расстояние, произнесла Рита. – Может, и граната имеется?

– Имеется, не боись. Кончай треп, а то больно будет. – Казачку-металлисту уже трудно было сдержать себя.

– Гранату покажи… Тогда все тебе будет. За двадцать долларов, – улыбнулась Рита.

– Зачем тебе? – удивился металлист.

– Ни разу не видела, – кокетливо передернула плечами Рита. – Пулемет видела, самолет видела… Покажи, а?

Казак криво усмехнулся, полез во внутренний карман камуфляжа и извлек оттуда оборонительную гранату «Ф-1», более известную как «лимонка».

– Дай потрогать, – восхищенным голосом попросила Рита.

– Ты сперва другое… потрогай! – отозвался казачок.

– Ну хорошо, – согласилась Рита и быстрым шагом направилась к расстеленному возле двери покрывалу.