Евгений кивнул.

— Все верно. Я уходил за строительными смесями. В скиту мы их не держим, слишком сыро. Но что с того? В это время Вовка никуда из скита не уходил.

И все же капитан сделал себе в блокноте отметку: побеседовать с владелицей маленького деревенского кафе. Капитан хотел расспросить женщину, не видела ли она у себя в заведении покойного в день его смерти. А если видела, то с кем он пришел. И кто платил за его угощение. Сделав эту пометку, капитан слегка повеселел. У него появилась ниточка. А по натуре он был оптимистом. Тонкого лучика надежды было для него достаточно, чтобы вновь прийти в хорошее настроение.

— Значит, вы нас отпускаете? — спросила у капитана Мариша, заметив, что тот повеселел.

— Да. Сейчас можете идти.

— Сейчас? А вообще?

— Мы можем уехать домой?

Капитан снова засомневался и нахмурился.

— Домой? — пробормотал он. — А зачем вам домой? Оставайтесь пока тут. У нас природа, птички, рыбалка. Вы любите рыбалку? Могу дать вам свою надувную лодку и удочки. Даже спиннинг дам. Не хотите? Странно. Тогда приглашаю вас на охоту! На зайцев! Я тут такие места знаю! Обалдеете! Не любите кровопролитие? Тогда грибы! Белые! Шляпки с чайное блюдце!

Одним словом, капитан был готов на любые жертвы, лишь бы удержать свидетелей в непосредственной близости от себя. Человек он был душевный. И подругам прямо стало жаль его разочаровывать. Но что делать? Остаться? Они не могли. Ведь их ждал Маришин больной дядя!

Впрочем, следующий автобус мог прийти только завтра. И сегодняшний вечер подруги все равно решили посвятить расследованию.

— Мы сейчас идем к сектантам, — сказала Мариша, обращаясь к капитану. — Хотите с нами?

Капитан отказался. Его больше интересовала владелица кафе.

— А про этих ребят я все знаю, — заявил он. — Никакие они не сектанты и не идолопоклонники. Это вы зря.

— А кто же они такие?

— Просто супружеская парочка буддистов. Они совершенно безвредные. Сняли у Никитиных на лето домик. Да пока что не уехали.

И все равно подруги решили навестить странных молодых людей, которые прожили возле монастыря все лето. Что они тут делали? Мантры читали? И почему тут?

Домик, где жили поклонники Будды, подруги нашли быстро. Он был пышно разукрашен разноцветными ленточками и выкрашен в желтую и коричневую краску. По желтому фону шли коричневые восточные узоры. Очень красивые. Но в российской глубинке выглядели они странновато. Да и разноцветные ленточки на крыше дома, развевающиеся по ветру, солидности не прибавляли, а даже совсем напротив, придавали домику сходство с кибиткой бродячих актеров.

— Странный домик, — заметила Катька, внимательно оглядев его. — Эй, можно войти?

Катькин вопрос был адресован молодому мужчине, который прямо в джинсах сидел на крыльце в позе лотоса. Глаза у него при этом были закрыты. А губы ритмично шевелились. На окружающий пейзаж он не обращал никакого внимания. И вообще казался погруженным глубоко в самого себя.

— Мужчина! — надрывалась Катька. — Мужчина, обратите внимание!

Ноль эмоций.

— Мужчина, вы нас слышите?

— Не слышит он вас.

— Вы что, глухой?! — продолжала самозабвенно орать Катька. — Войти можно?

— Войдите.

Голос раздался совсем с другой стороны. Он был мелодичный и звучный. Подруги обернулись и увидели молодую женщину, одетую в простое сари цвета корицы. Она стояла среди кустов созревшего крыжовника и держала в руках миску со спелыми ягодами.

— Мой муж медитирует, — пояснила она, показывая на мужчину, замершего на крыльце дома. — Но если у вас к нему дело, то пройдите в дом и подождите, пока он не закончит.

— А долго ждать?

— Когда как, — туманно отозвалась женщина.

И первой двинулась в сторону дома. Подруги переглянулись и пошли за ней. Женщина совершенно спокойно поднялась на крыльцо, миновав сидящего в трансе мужа. Тот даже не пошевелился. По его лицу не пробежало ни тени неудовольствия. Похоже, он в самом деле ушел в глубокую нирвану.

— И как нам теперь быть? — спросила Мариша, оказавшись в доме. — Нам необходимо поговорить с вашим мужем. К ночи он хоть очнется?

— Вероятно.

Мариша вздохнула. Беда какая-то! Никакой конкретики. И чтобы не терять даром времени, она с любопытством огляделась по сторонам. Вероятно, изначально это была обычная деревенская изба. Но теперь все ее стены были густо заклеены картинками с изображением Будды и каких-то незнакомых подругам мужчин и женщин в сари и с просветленными нимбами вокруг головы. Кроме того, тут были тексты на незнакомом подругам языке, вероятно, хинди и китайском. А также картинки с целыми толпами блаженно улыбающихся мужчин.