Шрифт:
– Несравнимо лучше...
– Так какого ж ты черта со мной спуталась? Чего тебе с Вадимом не хватало?..
– Но ведь сердцу не прикажешь...
– Какое, к дьяволу, сердце?.. Ты деньги мои любишь, а не меня...
– Иван, ты не можешь так говорить! – гневно возмутилась Олимпия.
– Может, хватит комедию ломать? – саркастически усмехнулся Алтынов.
Он видел ее насквозь. Она сжалась в комок под его проницательным взглядом.
– У меня было четыре жены. И со всеми я расстался. Почему? Да потому что все одинаковы. Всем нужны были мои деньги. И все фальшивили, точно так же, как это делаешь ты... А я не слепой, моя красивая. Я все вижу, все понимаю. И тебя на раз-два раскусил. Но пока была страсть, я закрывал глаза на все. В том числе и на своего собственного сына... Из-за тебя я стал сволочью, ты хоть это понимаешь?.. Ну чем тебе Вадим был плох? Он умный, целеустремленный парень. Со временем из него бы вырос большой человек. Ну, или я бы помог ему вырасти, неважно... Он уже сейчас кое-что собой представляет, а в будущем он мог бы занять мое место. Да, я мог бы сделать его своим наследником...
– А как же твой младший сын? – выпалила Олимпия. – Ты же говорил, что он – твой наследник!
– А чего ты так разволновалась? – подловил ее на неосторожном слове Алтынов. – Думала, что Вадиму ничего не светит, поэтому на меня перекинулась?.. Хитрая ты девка и коварная... Мне такая не нужна... Извини, но больше со мной встреч не ищи...
– Иван!..
– Иван Александрович, и прошу обращаться ко мне на «вы»...
– Вы меня выгоняете? – Олимпия в ужасе схватилась за голову.
– Зачем? Ты живешь в своей квартире... Пока что в своей... Я понимаю, ты хочешь, чтобы у тебя все было. Но со своей стороны ничем тебе помочь не могу. Так что если ты хочешь остаться при своем, у тебя есть только одна для этого возможность...
– Какая?
Алтынов бросал ей соломинку, и она готова была хвататься за нее, чтобы остаться на плаву.
3
Вадиму снился кошмарный сон. В непроглядной тьме он бежал по кладбищу, а за ним гнались зловонные, истекающие гноем покойники с красными угольками вместо глаз. Вот-вот его настигнут...
– Рота, подъем!..
Он должен был благодарить дневального за то, что своим криком тот вырвал его из кошмара. Но Вадим даже мысленно не сказал ему «спасибо». Так не хотелось вскакивать с койки из-под плохонького, но такого теплого одеяла. Сейчас он влезет в камуфляж, впрыгнет в сапоги и бегом на мороз... Нет уж, лучше бы его сожрали восставшие из ада монстры.
Но мерзопакостные покойнички остались во сне. А за Вадимом теперь гнался сержант. Вернее, подгонял его вместе с остальными. А бежать долго – километров пять. По морозу да в быстром темпе. Десантник должен уметь много и быстро бегать. Он вообще много чего должен уметь, и легче сдохнуть, чем всему этому научиться...
Впрочем, Вадиму грех было жаловаться. Физически он был развит хорошо, и на длинных дистанциях не умирал, как некоторые. И голова не деревянная – выдержки из устава запоминал достаточно легко. И по огневой подготовке делал успехи... Только вот строевая подготовка давалась ему с трудом. Может быть, потому что не понимал, зачем она вообще нужна. Насколько он знал, на поле боя строевым шагом не ходят... А ведь их готовили для войны. Для возможной войны. В Чечне пока что все спокойно, но в любой момент мог грянуть гром. А отцы-командиры не хотели вести в бой пушечное мясо, потому и зверствовали на занятиях по тактической подготовке...
Второй месяц он уже в армии. Тяжело в учении, но все это цветочки, ягодки впереди, в строевой роте. Присяга уже не за горами, а после нее последует распределение – тогда прощай, «карантин», с его уставным порядком, и здравствуйте, «дедушки», с их дебильными заморочками...
Долгая изнуряющая зарядка закончилась победой новобранцев. Никто не умер, никто никого не подвел, так что штрафных санкций со стороны сержанта не последовало. А это значило, что ночью можно будет спать спокойно. Если, конечно, кто-нибудь что-нибудь в течение дня не натворит...
Водные процедуры под жидким льдом, утренний осмотр, поход на завтрак... Солдатскую кашу Вадим не жаловал. Но когда есть хочется, так любая каша в радость. А есть хотелось всегда...
После завтрака занятия. Сначала строевая подготовка, чтобы жирок не завязался, затем физподготовка – сегодня по плану рукопашный бой. Не самое бестолковое занятие, надо сказать. И даже полезное... Вадим хорошо помнил, как легко расправился с ним Толик. Он даже защититься не смог, не то что ответный удар нанести. А вот Корбут драться умел. Потому что в спецназе служил. Потому что его учили, как вести рукопашный бой с противником. Потому и досталось Толику на орехи...
После физической подготовки новобранцам предоставили отдых – полтора часа занятий по уставам. Лафа. Голову немного загружаешь, зато задница в тепле и покое. А там и обед...
Построение на обед. Самое волнующее событие. Жрать охота – спасу нет. Тарелка с дымящимся супом перед глазами, а нос уже улавливает запах хлебной котлеты. И компот из сухофруктов – сла-адкий...
На пороге казармы появляется сержант. Засунул большие пальцы обеих рук за ремень, зевнул для приличия. Сейчас он подаст команду, и расстояние до столовой начнет стремительно сокращаться...