Корри чувствовала, как ее сердце холодеет от страха.

Они покидали Доусон на рассвете, когда красный шар солнца карабкался вверх по небосклону, опираясь на молочно-розовые пушистые облака. Это зрелище испугало Корри своей необычной живостью: она представила себе, как великий повелитель взбирается на трон, наступая на согнутые спины своих рабов. Корри вдруг поняла, почему Юкон с такой силой притягивает романтические души искателей приключений и завладевает ими навек.

Куайд нанял проводника-эскимоса по имени Аликаммик. Это был маленький, добродушный, круглолицый человечек с почерневшими от постоянного жевания табака зубами.

Им нужно было преодолеть путь в двести миль на север. Шли дни, они оставили позади много старательских поселений: Сороковую Милю, Стар Сити, Игл, Нэйшн. На подходе к Секл Сити горы, тесно зажавшие русло реки, расступились, и перед ними открылась равнина, они вышли на Юконское плоскогорье. Куайд рассказал, что летом в том месте, где на реке стоит Секл Сити, оно похоже на зеленый бархат, по которому рассыпаны серебристые осколки разбитого зеркала. Каждый осколок – небольшое озеро, пруд, болото или топь.

Секл Сити оказался очень похожим на Доусон. Те же ряды деревянных домиков с кособокими пристройками, тот же черный дым из печных труб. Они ехали по главной улице, пестревшей традиционными вывесками магазинов, дансингов, салонов. В числе прочих заведений на нее выходила тюрьма, на дверях которой висело объявление: «Заключенные обязаны присутствовать на перекличке в 21.00. В противном случае им будет отказано в ночлеге».

Куайд печально улыбнулся.

– Да, неприятная перспектива. Остаться без крыши над головой на тридцатиградусном морозе. В такой ситуации и тюрьма покажется раем.

– Меня это не интересует! Я хочу скорее найти Эвери, раз мы уже сюда приехали.

– Имей терпение. Я думаю, нам следует расспросить о нем в трактире. Обычно это заведение является центром городской жизни. Там все про всех знают.

Они быстро разыскали трактир, который назывался «Плэйс». Его кухня располагалась в пристройке, которая, казалось, в любой момент была готова развалиться на бревна. Вывеска гласила: «У.Рутновски, кредит не предоставляется». Когда они подошли ближе, то заметили, что к двери пришпилено еще одно объявление, предупреждающее о том, что вор, застигнутый на месте преступления, будет «сдан в участок и выслан из страны». Корри задержалась на ступеньках, пораженная содержанием записки.

– Выслан из страны!

– Воровство – бич этого края, Корри. Равно как и убийство. Здесь за горстку золотого песка не задумываясь пристрелят человека.

– Непостижимо.

Они вошли внутрь заведения, которое, как все без исключения трактиры на Аляске, оказалось душным, тесным, шумным и пропитанным насквозь запахом влажного дерева, кожи и собак. Хозяин, крупный мужчина с огромными плечами и тяжелой челюстью, объявил им, что меню состоит из медвежатины, фасоли и пирога. Хотите – ешьте, хотите – нет!

Куайд весело ответил:

– Пожалуй, мы поедим. И еще одну порцию для нашего проводника, пожалуйста. Он сейчас привяжет собак и присоединится к нам.

Хозяин кивнул, правда, не слишком любезно, и направился в кухню, остановившись на секунду у столика, вокруг которого тесно сидели человек десять мужчин, пускали по кругу бутылку виски и громко смеялись. Еще за одним столиком сидели трое мрачных старателей, уставившись в тарелки с едой. Корри едва оглядела комнату, ее мысли занимал Эвери.

– Куайд, давай спросим этого человека – Рутновски, так, кажется? Вдруг он что-нибудь знает об Эвери.

– Давай сначала перекусим. Я голоден, как волк, и не откажусь от хорошей порции жаркого.

– Но, Куайд…

– Плохие новости всегда лучше воспринимать на сытый желудок, тебе не кажется? Чувствуешь, как пахнет яблочным пирогом? Или черничным? Давай-ка попробуем. Надо надеяться, что повар не заставит нас долго ждать.

– Хорошо.

Корри печально вздохнула, но безропотно села за столик, поскольку уже знала, что поперек желаниям Куайда идти бесполезно.

Через полчаса их тарелки уже опустели. Проводник-эскимос, чья привычка постоянно жевать табак выводила Корри из себя, отправился обедать на кухню.

Куайд поднялся и, извинившись, тоже прошел на кухню. Через некоторое время он вернулся, его лицо было мрачным.

– Я все узнал. Не думаю, что новости порадуют тебя.

– Ну же, говори скорее.

– Оказалось, что наш милейший хозяин, мистер Рутновски, действительно знает Эвери. Весь город его знает. Он пробовал искать золото здесь поблизости, на Березовом ручье, но неудачно, поскольку все стоящие участки давно уже раскуплены. Похоже, что Эвери стал косвенной причиной недавней старательской сходки, в результате которой и появилась эта странная надпись на дверях.