Шрифт:
Корри увидела, как ствол ружья угрожающе приподнялся.
– Хорошо, я уйду. Обещаю тебе. Только сначала я хочу поговорить с тобой, Эвери. Ты ведь не откажешь мне в такой малости.
Она повернулась к Куайду:
– Пожалуйста, оставьте меня с ним на несколько минут.
– Не говори глупостей. Он же сумасшедший. Я не могу тебя оставить с ним один на один.
Доктор Кунинг и тут вмешался:
– Пойдемте лучше, мэм. Если он хочет, чтобы мы ушли, давайте так и сделаем. Пусть помирает в одиночестве.
– Эвери – мой муж! Вы что, забыли об этом? Я имею право поговорить с ним, и я намерена это сделать. А вы оба, пожалуйста, уйдите. Все будет в порядке, не волнуйтесь.
– Делия…
Корри уклонилась от его протянутой руки.
– Говорю вам, оставьте нас.
– Но, Делия, я…
– Вы что, не понимаете, что вам говорят?
Корри подождала, пока за ними закрылась дверь, и подошла ближе к Эвери. Он отложил ружье в сторону и сказал своим обычным, спокойным голосом:
– Как все это трогательно! Так о чем ты хочешь говорить?
– Эвери, пожалуйста, выслушай меня терпеливо. Мы с доктором Кунингом хотим перевезти тебя в город. Доктор не может тебя лечить здесь. На голом полу, без света, в холоде. Это абсурд.
– Я не хочу, чтобы он прикасался ко мне своими мерзкими толстыми пальцами.
– Эвери…
– И этот твой любовник пусть тоже убирается. Скажи ему, что он…
Грубое ругательство прозвучало, как звонкая пощечина, но Корри, не обращая на это никакого внимания, продолжала уже жестче:
– Ты сейчас не в том положении, Эвери, чтобы диктовать кому-нибудь свою волю. Ты лежишь в собственном дерьме и гниешь заживо.
Эвери заворочался в тряпье и застонал. Корри сказала более мягко:
– Эвери, ты ведь умрешь. Как ты этого не понимаешь?
– Не умру.
– Умрешь. Если останешься один в этой отвратительной грязной лачуге, то умрешь. Тебе нужен доктор.
– Ампутация? Господи, Корри! Как… как я смогу искать золото без ног? Как, Корри? Ответь мне!
Его голос стал тихим и плаксивым. Жалость переполняла Корри: несмотря на то, что он так жестоко поступил с ней, променял ее на мифическое богатство, стал одержимым, он ведь работал не покладая рук! Он, не щадя сил, выкладывался до полного истощения и вот теперь – калека на всю жизнь! Его мечте не дано осуществиться!
– Я не могу. Я не знаю, Эвери. Но если ты откажешься от помощи доктора Кунинга, ты уже никогда в жизни не сможешь застолбить участка, потому что умрешь. Прости меня за жестокие слова – но это правда.
В хижине надолго воцарилась тишина.
– Умру… Господи, умру.
Корри услышала сначала робкое всхлипывание, которое через секунду превратилось в громкие, безутешные рыдания.
– Корри! О Господи! Что же мне делать? Я не знаю. У меня никого нет, кроме тебя, Корри. Я… я так виноват перед тобой. Прости меня за все. Я не хотел… Мне надо было только подумать… привыкнуть. Корри, помоги мне. Скажи, что мне делать. Я… я не хочу умирать.
Его голос проникал в самые сокровенные уголки ее сердца. Когда-то, давным-давно, она любила этого человека. Она преодолела тысячи миль, чтобы быть с ним рядом. Она вышла за него замуж и родила ему ребенка. И потом, разве не она виновата в том, что он превратился в калеку? Если бы не Корри, Дональд Ирль не преследовал бы его, не стремился бы его убить…
Корри на всю жизнь запомнила их обратный путь в Секл Сити. Эвери лежал на салазках, собаки лаяли и грызлись, чувствуя запах гниющего тела. Эвери покорно отдал Корри свое ружье и теперь молча, без единого стона лежал под меховой шубой и смотрел в небо. Корри догадывалась, что ему, должно быть, очень больно, и восхищалась его мужеством.
Когда его укладывали на салазки, Эвери потихоньку шепнул Корри:
– Пожалуйста, не позволяй им уродовать меня. Вдруг они сделают из меня какое-нибудь чудовище. Корри, умоляю тебя.
По дороге в Секл Сити Корри думала о том, что ей надо сделать в первую очередь. Прежде всего, Эвери нужна операция. Это самое главное. Потом она отвезет его в Сан-Франциско, там есть хорошие специалисты, там она сумеет как следует ухаживать за ним. Надо будет заказать протезы, чтобы Эвери мог передвигаться самостоятельно.
«Корри, помоги мне. У меня никого нет, кроме тебя».
Слова Эвери звучали в ушах Корри и казались отзвуком скрипа полозьев и хруста снега под подошвами ботинок.
Как все переменилось в ее жизни!
Глава 31
– Делия! Делия, ты сошла с ума, неужели ты и вправду решилась на такое?
Куайд был вне себя, Корри никогда не видела его таким по отношению к себе.
– Да, решилась. Я долго думала и пришла к выводу, что ничего другого не остается.