Внезапно острая боль пронзила ногу Ли Хуа. Резкая, разливающаяся по всему телу боль. Ли Хуа очнулась, и в эту секунду под давлением огромной массы снега обрушился потолок и расплющил ее, сдавил грудь, ноги, голову. Дышать становилось все труднее.

– О Господи!

Ли Хуа вдруг поняла, насколько страшно то, что произошло. Они с Керри живьем были похоронены под снежной лавиной.

Корри проснулась от сильного удара и криков Ли Хуа. Чудовищная сила придавила ее к земле и лишила возможности двигаться и дышать.

– Моя нога! О Господи! Нас засыпало, засыпало… Я знала, что все так кончится. Я не хотела этого делать, но у меня не было выхода, не было… Пойми меня, Корри!

Корри услышала в стороне от себя стенания Ли Хуа и попыталась подползти к ней, но поняла, что свобода ее передвижений ограничена всего несколькими дюймами.

Снежный обвал. Подвижная масса снега сползла с горы и подмяла под себя хрупкую палатку с двумя несчастными, беспомощными девушками.

– Я должна была, пойми, он меня заставил.

Как ни странно, Корри не впала в панику. Ее голова работала четко и бесстрастно, как часы. Воздух. Благодаря тому, что Корри успела инстинктивно выставить вперед руку, между крышей палатки и ее локтем сохранилось небольшое воздушное пространство. У Ли Хуа, наверное, тоже есть небольшой запас кислорода, раз она в состоянии так кричать. Но на какое время его хватит? Вряд ли надолго. К тому же Ли Хуа, судя по всему, ранена.

Корри попыталась шевельнуться, от чего ее шерстяное нижнее белье мгновенно повлажнело. Ей вдруг стало холодно от страха. Ведь палатка, в которой спали Куайд и носильщики, была разбита совсем рядом. Если ее тоже засыпало, им с Ли Хуа неоткуда ждать помощи.

– Ли Хуа, что с тобой?

В ответ Корри услышала слабый хруст, как будто миллиарды мелких льдинок переместились и замерли в новом положении.

Корри попыталась успокоить себя. Кто-нибудь обязательно их откопает. Дрожащим от страха голосом она принялась звать Куайда. Голова уже начала болеть от нехватки воздуха. Грудь сдавило и жгло огнем.

– Куайд! Куайд!

Ну вот, воздух кончается. Через несколько минут они с Ли Хуа задохнутся. Корри подумала, что приблизительно так себя должен ощущать приговоренный к смерти через повешение в ту минуту, когда веревка уже накинута на шею. А она должна умереть, не совершив никакого преступления, кроме разве того, что зачала в любви внебрачного ребенка. Ребенок. Он тоже погибнет вместе с ней. И никогда не увидит своего отца, не узнает, что такое солнце…

Ее сознание застилало туманом. Только крики Ли Хуа моментами возвращали ее к действительности. Или, может быть, ее собственный голос, ослабевший от духоты…

– Корри! Ради Бога, это вы? Продолжайте кричать, и я найду вас.

Корри почудился голос Куайда где-то совсем далеко, показалось, что ощущение тяжести стало понемногу проходить…

Палатка приподнялась. К ней протянулись руки. Они раскидали остатки влажного снега, выдернули ее из этой тесноты и подняли над землей в черное ночное небо, усыпанное холодными яркими звездами.

Воздух. Сладкий и морозный. Корри глубоко вздохнула и заплакала.

– Делия! Дорогая моя, с вами все в порядке? Я уже думал, что никогда не вытащу вас из-под этой чертовой палатки.

Куайд прижимал ее к груди и стряхивал снег с ее волос и одежды. Корри прижалась к нему, но тут же почувствовала на себе другие руки и сильный запах рыбы. Она открыла глаза. Это был Таннаумирк, его круглое лицо расплылось в улыбке.

– Он идти доставать другая женщина. Ты сильная женщина, хорошо. Другие умирать, ты жить.

– Меня зовут доктор Уилл Себастьян. Где у вас тут человек со сломанной ногой?

Доктор говорил торопливо и казался уставшим от многочасовой непрерывной работы. Но его лицо, добродушное и веселое, со смеющимися карими глазами и каштановой челкой на лбу показалось знакомым. Хотя теперь на нем была толстая куртка и меховая шапка с опущенными ушами, Корри не могла ошибиться.

– Доктор Себастьян? Из Канады?

– Да, я родом из Виндзора. Так где у вас больной, показывайте скорее. У меня, кроме него, еще есть пациенты.

– Кроме нее, вы хотите сказать. Это девушка. Она здесь рядом, в палатке. Похоже, у нее сломана нога.

– Женщина! Ей повезло, что она выжила. Многим мужчинам это не удалось.

Он нагнулся и почти вполз в палатку, которую Куайд поставил на этот раз в безопасном месте. Корри качало от усталости, но она все равно порадовалась, что к Ли Хуа пришел тот самый врач, который тогда на пароходе, несмотря на свою собственную болезнь, не отказался пойти к Матти Шеа. Корри верила, что Ли Хуа в надежных руках. Но не решалась войти в палатку и предложить доктору свою помощь.