Шрифт:
— Не надо, господин капитан, я давно вышел из младенческого возраста. Камера в тюряге — вот, что вы для меня организуете.
Баянов отмахнулся. Будто от глупой мухи, которая изрядно надоела ему своим жужжанием.
— Мало того, все прежние ваши грехи будут забыты. Новый российский паспорт заменит вашу ксиву, — не обращая внимания на иронию киллера, бил в одну и ту же точку следователь. — Вы станете получать большие деньги…
Подследственный пренебрежительно покачал головой. Дескать, я и сейчас не обижен, получаю достаточно для безбедной жизни.
— … безоблачная жизнь вместе с любимой женщиной… Ксаной Баниной!
Два слова выданы почти шепотом, с расстановкой. Азартный игрок выбросил последние козыри. Привстал и наклонился к Собкову. Для Александра они прогремели ударами в набатный колокол. Он растерялся. Руки сжались в кулаки, во рту пересохло, голова закружилась. Его ударили в незащищенное место.
— Что я должен делать? — хрипло спросил он.
— Вот это уже деловой разговор. Ничего особенного. Просто выполнять некоторые наши задания… Подробности обсудим позже, главное — ваше согласие. Если я вас правильно понял, оно — в кармане…
— Поняли правильно, — кивнул киллер. — Только есть несколько замечаний. Вернее — условий…
Глава 4
Куликово — небольшой поселок в пятидесяти километрах от Москвы. Основное население — сотрудники нескольких НИИ, обслуживающий персонал. Небольшой уютный рынок переполнен торговками, предлагающими овощи, мясо, молоко-сметану. Здесь же торгуют одеждой, обувью, бельем. Вокруг поселка — лес, но лес особый, более похожий на парк. Асфальтированные дорожки освещены скрытыми в зелени фонарями. На окраине — искусственное озеро, окаймленное все тем же лесом.
Короче, благодать! Сочетание чистейшего воздуха и городских удобств.
В двухкомнатной квартире на пятом этаже элитного дома поселился господин Голубев Владимир Сергеевич. Баянов решил не менять фамилию нового своего агента, ограничился заменой французской ксивы на российский паспорт.
Обязанность пока единственная — вживаться в обстановку, изредка навещать столицу, по наводке вербовщика знакомиться со своими боевиками.
— Связь только через меня, — предупредил капитан. — Понадобитесь — найду, вы захотите пообщаться — позвоните по этому телефону, попросите «мененджера». Меня позовут.
Ничего нового — обычная связь. Только с другими парольными фразами и по другим телефонам. Раньше киллер пользовался подобной схемой для получения заказов. С пиковыми и со славянами. Только с Монахом, командиром эскадрона смерти, связь была односторонней. Собкову категорически запретили звонить.
Тогда в зарешеченной комнате для допросов терминатор поставил очкарику два непременных условия. Первое — возвращение ему Ксаны. Без этого — никаких связей, никаких подписок. Второе — свободная охота за Монахом. Пока бывший эскадронец не расправится с мерзким предателем — никаких заданий выполнять не будет.
Баянов охотно согласился. Впечатление — давно знал эти условия.
— Пока — вживайтесь. В первую очередь, знакомьтесь с соседями.
Налаживать близкие отношения с жильцами дома Александр не собирается. Самый лучший вариант — здравствуйте-досвиданья. Но он уверен — вербовщик наверняка приставил к новому своему агенту топтуна. Не мешает вычислить его. Возможно, пастух — один из жильцов дома.
— Сделаю.
В первый же день после вселения в подаренную фээсбэшниками квартиру Собков познакомился с одним из соседей.
Рано утром, в спортивном костюме и кроссовках, он вышел на первую прогулку. Оглядеть окрестности, наметить маршруты пробежек, познакомиться с местными достопримечательностями. Заодно, заложить в память проходные дворы, глухие переулки, оживленные и малопосещаемые улицы.
Старая привычка зверя, которого повсюду ожидают засады, настороженные капканы, волчьи ямы. В честность и преданность новых своих хозяев киллер не особо верил, как никогда не доверял всем сыскарям, неважно под какой крышей они тусуются.
Из соседней двери вышел могучий старик. Седые волосы падают на плечи, окладистая бородка аккуратно подстрижена и причесана, в руке — увесистая палка с серебрянным набалдашником. Типичный академик.
— Новый жилец? — с любопытством спросил он. — Физик или химик?
— Всего понемножку, — увильнул от опасной конкретности Владимир. — Бизнесмен.
— Значит, торгаш? — презрительно ухмыльнулся старик, поворачиваясь к новому соседу спиной. — Простите, молодой человек, на дух не переношу вашу братию. Жулики.