Затем, убедившись в отсутствии посторонних глаз и ушей, она настроила рацию:

— Громобой, я — Рысь! Отвечайте! — несколько раз повторила девушка, и чуть не подпрыгнула от радости, услышав знакомый голос Петрухи:

— Я — Громобой, слышу тебя, Рысь! Снова вместе, значит?

Среди скопления светло-коричневых скал, выделявшихся на фоне белой и пыльной равнины, притаилась группа вооруженных людей в пустынном камуфляже. Помимо автоматов, в боевой готовности было несколько переносных зенитно-ракетных комплексов «стингер» фирмы «Дженерал Дайнемикс», включавших в себя по шесть ракет в транспортно-пусковых контейнерах, а также некая непонятного назначения аппаратура на низких треногах.

Люди в камуфляже были палестинцами-радикалами, полагавшими, что сирийское руководство не делает того, что должно было делать, для того чтобы освободить от израильтян земли, на которых родились и выросли поколения предков палестинцев. Радикалы из бригады «Молодой фронт Иншаллах» были готовы ценой собственных и чужих жизней вернуть утраченные территории.

Их убеждения формировался годами, проведенными в лагерях для беженцев в Ливане, Иордании и Сирии. Для мальчишек дорога из такого лагеря была, по сути, одна — в ту или иную организацию, боровшуюся за освобождение Палестины.

Казалось, созданная на территории Сирии при полном согласии и финансовой поддержке властей этой страны и Ирана «Иншаллах» была самым радикальным из всех вооруженных формирований. Однако и в этой организации нашлись экстремисты, считавшие ее недостаточно агрессивной и последовательной в своих действиях. Хотя крайний экстремизм этих, в основном молодых людей мог зиждиться и на более прозаическом фундаменте — желании оттеснить старших от рычагов власти и денежных потоков.

В самом деле, борцы старшего поколения, по крайней мере, правящая верхушка, уже давно обуржуазились, имели собственные, и немалые, счета в западных банках, собственный бизнес, открытый на подставных лиц, который можно было потом, уже на законных основаниях, передать детям и внукам.

Абдалла — один из лидеров молодых — не мог рассчитывать на наследство от кого бы то ни было. Его отец и старшие братья погибли, сражаясь с врагом, да и сам Абдалла был близок к смерти после одного из неудачных террористических актов, но выжил и заслужил немалый авторитет среди сверстников.

Когда наметился раскол, он безоговорочно встал на сторону радикалов, вскоре занял один из ключевых постов уже в новой организации, а затем и возглавил бригаду «Молодой фронт Иншаллах». Но для содержания бригады нужны были деньги, и немалые. Для успешного решения этой задачи Абдалла был готов идти на любые компромиссы и даже поступаться принципами. В частности, выполнять поручения американцев, которые всегда и везде поддерживали исконного врага Палестины — Израиль.

«О вы, которые уверовали! Не заводите дружбы с иудеями и христианами: дружат они между собой. Если же кто-либо из вас дружит с ними, то он — один из них. Воистину, не поведет Господь нечестивцев путем прямым. Видишь ты, что те, чьи сердца нестойки в вере, спешат подружиться…» — сказано в Коране.

В то же время ислам, несмотря на устоявшееся мнение, довольно терпим к иноверцам, особенно к христианам: «Несомненно, убедишься ты, что больше всех дружелюбны к уверовавшим те, кто говорит: „Воистину, христиане мы“. (Коран, 5: 82).

Более того, Коран не оставляет надежды, что в один из дней может наступить примирение; в нем не провозглашается полного и окончательного разрыва. Наоборот, выражены чаяния, что верующие смогут повлиять на людей Писания — иудеев и христиан — и ситуация и отношения изменятся. В одной из сур Аллах говорит: «Быть может, решит Господь установить дружбу между вами и теми, с кем враждуете вы. Ведь Всемогущий Он, Прощающий, Всемилосердный».

Таким образом, под согласие Абдаллы на предложение резидента Центрального разведывательного управления в Дамаске Ричарда Бэрроуфильда добыть секретный вертолет россиян, можно было подвести довольно убедительную идеологическую базу даже с точки зрения самых ортодоксальных мусульман. Тем более что за выполнение задания была обещана очень крупная сумма денег. Правда, по достигнутой, в конце концов, договоренности основной транш осуществлялся в момент передачи вертолета американцам и никак не раньше.

Люди, засевшие в засаде среди светло-коричневых скал, были людьми Абдаллы и ждали появления в воздухе российской винтокрылой машины уже второй день.

— Вахид, пустыня большая! Почему русские будут летать здесь? — спросил стрелок-оператор одного из расчетов «Стингера» у своего напарника, в обязанности которого входило наблюдение за воздушным пространством.

— Абдалла сказал, он точно знает. Абдалла никогда не обманывает, — строго заметил наблюдатель.

— Но откуда он может знать, я не понимаю.

— А зачем тебе понимать? Тебе надо ждать и не промахнуться.

— Разве от меня зависит, промахнуться или не промахнуться? «Стингер» сам знает, куда лететь, — возразил любопытный стрелок-оператор. — Ты сам знаешь: если ракета видит цель, она начинает пищать, и тогда мое дело маленькое — успеть нажать пуск.

— Вот и думай, как успеть, а не забивай себе голову глупостями, — все с той же строгостью в голосе посоветовал Вахид, заросший иссиня-черной щетиной почти до самых глаз и потому очень похожий на гориллу.