Аббат Леон побледнел.

– Примите мои извинения, милорд, – смущенно пробормотал он, – но тот несчастный уже стоит на пороге вечности, и, если мы не поспешим, вам не удастся поговорить с ним.

Брейс сжал запястье аббата:

– Вы хотите сказать, что король велел вам провести меня к какому-то безумцу? – спросил Брейс с холодной яростью. – Клянусь пятью лунами, заверяю вас, я…

– Это не просто безумец, – прервал его аббат, выказывая крайнее нетерпение. – Его доставили сюда двадцать пять циклов назад по воле короля, его безумие – тайный позор и проклятие дома Ардейнов.

Он замолчал.

– Продолжайте, – потребовал Брейс, охваченный страшным предчувствием.

Марисса подошла к нему и взяла его за руку.

– Брейс, – прошептала она, смутно ощущая что-то неладное. – Возможно, лучше…

– Нет, – бросил он. – Пусть аббат закончит!

Глаза монаха расширились от ужаса.

– Я почти все сказал. – Аббат замялся. – Думаю, вы сами уже все поняли. Безумец, находящийся в Эксуле, – лорд Вар Ардейн, младший брат короля и ваш отец.

Они быстро шли по длинным монастырским коридорам к комнате, откуда доносились дикие крики. Остановившись у двери, аббат пристально посмотрел на Брейса.

– Мне очень жаль, что вам придется увидеть отца в таком виде, – сказал старик. – Еще циклов пять назад он был вполне здоров, если не умственно, то физически. – Он покачал головой. – Но после того, как у него побывал последний посетитель, его состояние резко ухудшилось. Я сделал серьезную ошибку, допустив этого человека к вашему отцу. Теперь я это понимаю.

Брейс схватил аббата за руку:

– Какой посетитель?

– Он назвался лордом Тиреном Ардейном. Трудно было усомниться в этом, поскольку визитер явно знал вашего отца и сказал, что его прислал король.

– Как выглядел этот человек? – глухо проговорил Брейс.

– Высокий блондин весьма необычной наружности, одетый во все черное, с ошейником управления на шее, как у преступников. Я слышал, что ваш брат отбывает срок на Карцере, поэтому ошейник не удивил меня.

Помолчав, аббат спросил:

– Ведь это и в самом деле был ваш брат, не так ли?

– Нет, – поспешно возразила Марисса. – Это был известный преступник Фирокс. Внешность похитителя моей сестры в точности совпадает с вашим описанием.

– А с какой целью этот человек приходил к моему отцу? – спросил Брейс.

– Не знаю. Он сказал, что хочет побыть с лордом Ардейном наедине.

– Я хочу видеть отца.

– Брейс! – воскликнула Марисса. – Позволь мне пойти с тобой.

Она увидела в его глазах невыразимую боль.

– Как вам угодно, госпожа.

Брейс дал знак аббату:

– Я готов.

Тот кивнул и отпер дверь. Марисса последовала за Брейсом. Дверь тихо захлопнулась за ними.

На низкой койке в дальнем углу комнаты жалобно стонал человек. Брейс вздрогнул, и Марисса ободряюще пожала его руку.

– Отец? – тихо сказал он, опустившись на колени возле койки и коснувшись плеча больного.

Вар Ардейн с трудом повернул голову. С его распухшего, почти потерявшего человеческий облик лица на Брейса взглянули налитые кровью глаза. Он напряженно всматривался в посетителя.

– Фирокс! – хрипло воскликнул он. – Итак, ты снова пришел, чтобы покончить с тем, что от меня осталось.

– Нет, отец, – прошептал молодой человек. – Я Брейс. Твой сын Брейс.

В какой-то миг Брейсу показалось, что отец узнал его, но взор старика тут же затуманился.

– Нет, – прохрипел он. – Это невозможно. Это всего лишь новый трюк, чтобы узнать мою тайну. Но я ее не выдам. Не выдам!

Последние слова лорд Ардейн выкрикнул во весь голос и тут же скорчился на койке от приступа боли. Его пальцы судорожно комкали простыни, лоб покрылся испариной.

Застонав от отчаяния, Брейс обнял отца и прижался к нему.

– Отец, – шептал он. – Отец…

«Неужели возможно, – думал он, – провести столько циклов вдали от отца и все же сохранить привязанность к нему?» Ведь он считал, что отец давно умер!

Брейс снова взглянул на старика. Когда-то сильное тело теперь исхудало, красивое прежде лицо изменилось до неузнаваемости. Лорд выглядел гораздо старше своего возраста, но, любовно вглядываясь в него, Брейс вспоминал знакомые с детства черты и чувствовал, как по щекам его бегут горячие слезы.