– Пусти меня. Я могу идти сама. – Она попыталась высвободиться, но Брейс еще крепче обнял ее.

– Конечно, можешь, госпожа. Это мне нужна твоя поддержка.

– Врун!

Он посмотрел на нее, и сердце Мариссы дрогнуло, ибо она увидела бледное, искаженное болью лицо и усталые, печальные глаза.

«Прости, – казалось, хотел сказать он. – Прости, что втянул вас во все это».

Она отвела взгляд. У нее уже не осталось сил ни на страх, ни на ярость, ни на милосердие. Все ее мысли сосредоточились на том, как сделать следующий шаг, как поднять онемевшую ногу, передвинуть ее, как совладать с закоченевшим измученным телом.

Даже озноб прекратился. Теперь Марисса уже не чувствовала ничего, кроме нарастающей сонливости. Девушка пыталась преодолеть ее, понимая, что случится, если она поддастся ей.

Пронзительно-холодный ветер швырял им в лицо снег и кружился вихрем вокруг них. Марисса споткнулась, ноги ее подкосились. Брейс поддержал ее.

– Двигайся, Марисса, – прохрипел он, – и не думай сдаваться!

– Я так устала, – простонала она. – Позволь мне немного отдохнуть.

– Ну что, все это слишком трудно для тебя? – съязвил он. – Теперь ты видишь, как может пригодиться сильный мужчина, верно?

Он подтолкнул ее вперед. Марисса оттолкнула его руку:

– Я ничуть не слабее тебя! Так что нечего опекать меня!

Брейс через силу улыбнулся:

– Тогда найди в себе силы пройти еще немного. Хижина уже видна.

Девушка взглянула туда, куда он указал, и различила сквозь густой снег очертания небольшого строения. Она удивилась: оно напоминало нагромождение скал, но было явно рукотворным.

Хижина!

Радость охватила ее и толкнула вперед.

– Пошли! – воскликнула Марисса и сделала несколько шагов вперед.

– Марисса! Остановись! – крикнул Брейс, заметив, что тропинка, по которой она направилась, всего лишь снежный мостик над расщелиной.

Но было уже поздно: мостик рухнул, и Марисса взмахнула руками и исчезла в клубах снега.

– Марисса! – Брейс лег на край расщелины и заглянул вниз. – Боже, Марисса, отзовись!

Ветер отнес его крик в сторону. Брейса охватило отчаяние. Где же она? И жива ли?

Сильная рука опустилась на плечо Брейса. Он отодвинулся от расщелины и поднял глаза.

«Она погибла. Смирись с этим», – жестами сказал Родак.

Брейс встал на ноги.

– Никогда, слышишь, я никогда не смирюсь с этим!

Он схватил моток веревки, висевший на плече симианина.

Движением руки Родак остановил его: «Что за безумие?»

– Я спущусь вниз за Мариссой.

Родак сдавил его плечо:

«Это слишком опасно. Твои попытки вызовут сход снежной лавины, которая погребет вас обоих».

– И все же я это сделаю! – воскликнул Брейс. Симианин устало покачал головой:

«Лучше уж за ней спущусь я, ибо умею лазать по скалам».

Взгляд Брейса выразил благодарность.

Инопланетянин пожал плечами:

«Не обольщайся, я делаю это за деньги, только и всего».

– Я не верю этому, Родак.

Родак усмехнулся, снял с плеча моток веревки и распустил ее, потом бросил один конец Брейсу:

«Закрепи веревку за тот большой валун».

Дождавшись, когда Брейс сделал это, он приблизился к расщелине, прыгнул вниз и исчез из виду.

Брейс снова лег на край расщелины, следя за туго натянутой веревкой. Вскоре натяжение веревки ослабло. Брейс ждал, не зная, что случилось с Родаком и удалось ли ему найти Мариссу.

Ужасные мысли теснились в его голове. Марисса могла упасть туда, куда не дотянется веревка, и Родак до нее не доберется. А вдруг она угодила в какую-нибудь расщелину, где ее засыпал снег? Но если она разбилась об острые камни…

Боги, подумал Брейс в бессильной ярости. Зачем только он заставил их пуститься в путь? Почему позволил чувствам возобладать над опытом воина? И что делать, если он потеряет ее?

Страх терзал его. Брейс застонал. Потерять Мариссу! Никогда больше не видеть ее маленькое лукавое личико, то улыбающееся, то пылающее гневом. Не видеть страсть в ее глазах, когда он целует ее! Почему он потерял ее именно сейчас, когда понял наконец всю глубину своих чувств к ней?

В душе его нарастал протест. Его жизнь рассыпалась в прах – смерть его отца, угроза безумия, опаснейшее предприятие, камень, стремящийся погубить всю Империю, – и вот теперь Марисса.

Время словно остановилось. Брейс снова и снова всматривался вниз, но видел лишь снежную пелену. Ветер выл. Тело налилось тяжестью и теряло чувствительность. В голове мутилось от отчаяния.

Брейс начал ворочаться, чтобы размять онемевшие мышцы и немного согреться. Ему нельзя больше пребывать в неподвижности, иначе он замерзнет.