На следующий день, когда они углубились в горы, запасы горючего иссякли. Увидев относительно гладкую площадку рядом с одной из вершин, они приземлились.

Брейс первым выбрался из глайдера, огляделся и покачал головой.

– Что ж, отсюда придется идти пешком. Надеюсь, не возражаете? – усмехнулся он.

– Я так засиделась, что уже не чувствую ног. Самое время размяться, – ответила Марисса.

Родак достал припасы и перекинул через плечо бластер:

«Довольно разговоров. Трогаемся!»

Режущий холодный ветер свистел в скалах, мешая им идти, руки и ноги мерзли, несмотря на теплую зимнюю одежду. Но Брейс понимал, что вскоре его ждут несравненно большие трудности. По мере того как день клонился к вечеру, негромкий звон у него в ушах становился все сильнее, пока не перешел в тупой ритмичный стук. Сначала Брейс принял это за одно из проявлений горной болезни. Но ритмичная вибрация навела его на мысль о воздействии кристалла. Должно быть, Фирокс пронюхал об их замыслах и выпустил на волю энергию камня.

Брейс старался не замечать излучения кристалла. Иногда это удавалось ему, но сконцентрировать волю надолго он не мог. Голова начала раскалываться от боли, в глазах появилась резь.

– Брейс, – спросила Марисса, заметив его состояние, – что с тобой? У тебя что-то болит?

– Ничего такого, с чем бы я не мог справиться.

Она попросила его остановиться:

– Ведь это кристалл, да? Значит, он действует на тебя, даже когда ты бодрствуешь? Верно, Брейс?

Он пошел вперед, а растерявшаяся девушка стояла, не зная, что предпринять. Главное, думала она, помочь друзьям добраться до Фирокса и кристалла. Но до чего же тяжело видеть, как Брейс теряет силы от недосыпания и от воздействия камня на его мозг. Долго ли он продержится?

Поняв, что ей придется смириться с этим, Марисса бросилась догонять Брейса. Когда она поравнялась с ним, он взглянул на нее страдальческими, но полными решимости глазами. Она улыбнулась ему и пошла в ногу с ним.

К полудню их положение усложнилось. Перед ними поднималась высокая гора, на которую почти невозможно было подняться. Чтобы обогнуть ее, пришлось бы потратить день или два. Брейс посмотрел на Родака:

– Как ты думаешь? На нее можно подняться?

«Мне – довольно легко. Но вам это очень трудно».

– Что же ты предлагаешь?

«Нам надо идти связкой, вы должны подниматься за мной след в след. Тогда, надеюсь, нам это удастся».

– Я знаю, что ты не любишь высоты, – сказал Брейс Мариссе. – Как мы поступим?

Она оглядела крутой, почти отвесный склон с острыми скалистыми ребрами. До вершины было не менее тысячи метров. Мариссе стало страшно, но она взяла себя в руки. Важнее всего сейчас выиграть время, ибо Магический кристалл упорно воздействует на мозг Брейса.

– Конечно, я попытаюсь подняться. Только скажи, что надо делать.

Брейс испытал облегчение. Погладив Мариссу по щеке, он сказал Родаку:

– Ну что ж, тогда вперед!

Родак, опытный в таких делах, шел впереди, выбирая путь. Марисса поднималась следом за ним, а Брейс замыкал связку. Но, когда они достигли середины склона, острые выступы скал, помогавшие при восхождении, стали все реже и ненадежнее. Уже несколько раз от тяжести Родака начинались камнепады. Брейсу и Мариссе лишь чудом удавалось пока избежать этой опасности. Порывы ветра тоже затрудняли подъем.

Несмотря на холод, все они взмокли от пота, руки и ноги дрожали от напряжения. Бессонница и непрекращающаяся головная боль начали сказываться на Брейсе. Он несколько раз оступался, едва удерживаясь на склоне. Только величайшее усилие воли позволяло ему двигаться вперед.

Поглядывая на Брейса, Марисса заметила, что он совершенно выдохся. Она окликнула Родака, но порыв ветра отнес ее крик в сторону. Отчаяние овладело ею. Им необходимо передохнуть!

Марисса посмотрела вниз на большой плоский скальный выступ, который они только что миновали.

До него было метров пять, а до вершины оставалось несколько сотен метров.

Марисса подождала, когда Брейс доберется до нее. Как только она взглянула на него, ее решимость окрепла. Он выбился из сил, глаза налились кровью.

– Брейс, – крикнула Марисса, – мы должны отдохнуть!

Он покачал головой:

– Нам надо преодолеть подъем до темноты. Сейчас не время отдыхать.

Его движения стали автоматическими, он передвигался словно во сне. Пока он будет двигаться, забыв о боли…