Одна из тупорылых пуль врезалась в широкую грудь Громова и застряла в кевларовых складках легкого бронежилета. Конечно же, убойная сила заряда не причинила Виталию никакого вреда, а только опрокинула его на следующих сзади товарищей.

По инерции спецназовцы вскинули стволы захваченных автоматов, но вовремя остановились, вспомнив строгий приказ полковника.

В мгновение ока вскинулась рука Академика, и ночной воздух со свистом разорвался брошенным предметом – им оказался свинцовый шар сантиметров пяти в диаметре. Импровизированное оружие врезалось в переносицу молоденького сержанта. Он нелепо, как подстреленная птица, взмахнул руками и, роняя пистолет из ослабевших рук, рухнул наземь.

Его напарник оказался то ли не столь расторопным, то ли более сдержанным в проявлении агрессии, а может, просто трусоватым, однако он посчитал за благо демонстративно сложить трясущиеся руки на черной баранке служебного автомобиля и отдаться на милость превосходящим численно победителям, всем своим видом подчеркивая абсолютную покорность.

Подскочившие к нему Балбес и Чайник резким движением выволокли приунывшего мента на свежий воздух и одним точным ударом погрузили его в долговременный нокаут.

Еще минута ушла на то, чтобы поверженных запереть вместе с товарищами в камере.

Академик слегка нервозно взглянул на часы и вполголоса произнес:

– Выбиваемся из графика на сорок секунд.

Под покровом августовской ночи, скрываясь в тени спящих домов и призрачных силуэтах стройных тополей, шелестящих сочной листвой, маленький отряд достиг оставленных в соседнем дворе автомобилей.

Почти одновременно защелкали хриплые стартеры, зажглись галогеновые фары, и призрачный кортеж в строгой очередности выехал на пустынное шоссе.

Протекторы «Ауди» убаюкивающе зашелестели по асфальтовому покрытию дороги. Монотонный звук сливался с ровным гулом мощных моторов.

Позади оставались бегущие километры и напряженные секунды первой для новичков серьезной операции – пусть и проверочной.

Развалившись в глубоком кресле, Вика со скукой смотрела очередное «Евровидение». С самого раннего утра она была немного не в себе. Прошла долгая, бесконечная неделя со дня последней, столь бурно проведенной ночи с Виталием, а от него не было ни слуху ни духу.

Девушка упорно пыталась убедить себя в том, что ее друг действительно занят на ответственной службе, но в ее голове никак не укладывалось, что в пограничных войсках, тем более в подразделении, расположенном в Москве, как искренне считала Вика, нет телефонов. И уж тем более удивительным выглядел запрет на мобильные звонки.

Маргарита Витальевна, видя настроение дочери, пыталась ее развеселить, однако любые попытки вызывали у Вики только нервозность и раздражение.

Телефонный звонок разорвал тишину. Сорвавшись с места, девушка едва не сбила с ног мать, схватила трубку.

– Алло, – нетерпеливо выпалила блондинка.

– Привет, Вика, – раздался из динамика мужской голос.

– Здравствуйте, – отозвалась девушка, силясь узнать в звонившем кого-нибудь из знакомых.

На том конце провода послышался сдавленный смешок, после чего тот же голос продолжил:

– Не узнала? Калинин, Аркаша, – представился звонивший и притворно посетовал: – Ай-яй-яй, не узнает однокурсников, совсем зазналась.

Наконец Вика вспомнила стройного голубоглазого шатена, красу и предмет воздыханий многих девушек иняза. Ласточкину неприятно удивил неожиданный звонок, так как она хорошо помнила, что никогда не давала ему свой номер телефона.

– Откуда ты знаешь мой телефон?

– Да ищущий и обрящет, – высокопарно ответил Калинин, неумело подражая манере священника.

Уже не скрывая враждебности и неприязни, девушка резко, с язвительной интонацией проговорила в трубку:

– Короче, Аркаша. Чего надо?

– Какие мы строгие, – самоуверенно и вместе с тем дурашливо произнес Калинин, – что раздосадовало мою королеву?

Вика фыркнула в трубку и почти выкрикнула:

– Не твою. – Дальше голос ее стал грубым и властным: – Или говори, чего хочешь, или клади трубку.

Сбитый с толку нелестным обращением, к которому ловелас инязовского масштаба не привык, и в то же время заинтригованный Калинин, что называется, сбавил обороты:

– Не сердись, Виктория, просто хорошее настроение, собрались тесной компашкой, вот и решил пригласить тебя в гости. – Почувствовав неубедительность доводов, звонивший решил прибегнуть к обходному маневру: – Между прочим, здесь и две наши одногруппницы. Они сказали, что ты скучаешь.

Первым желанием Вики было послать Калинина куда подальше и бросить трубку, но вдруг она подумала, а что изменится, если она этот вечер проведет в кругу сокурсников под легкую музыку и веселящее вино, тем более что с одной из девушек они были дружны?