– У Тоби есть папа, и у Джереми есть папа. А где мой папа?

Тогда Либби спокойно ответила:

– Твой отец живет далеко.

– Я могу его увидеть? – спросил Сэм.

– Нет.

Малыш подождал, что она скажет еще, но, когда понял, что мама не собирается продолжать разговор, с полным равнодушием пожал плечиками и вернулся к своим грузовикам.

Отчасти причиной его спокойствия, как предполагала Либби, было то, что с самого рождения Сэма окружали взрослые мужчины. Пережив шок по поводу беременности дочери, Сэмюэль Портмэн стал ей великолепной поддержкой. «Папа» буквально трясся над Сэмом и старался не отходить от него ни на шаг.

Когда Сэм появился на свет, Джеф и Грэг учились в средней школе и все эти годы были для маленького мальчика скорее старшими братьями, чем дядями.

Однако вопрос возник снова, когда для малышей в школе устроили вечер-встречу под названием «Отцы и дети».

– С тобой пойдет папа, – сказала Либби, когда Сэм, вернувшись домой из школы, сообщил о вечере.

– А ты не могла бы позвонить моему настоящему папе и попросить его? – спросил мальчик.

На какую-то долю секунды Либби задумалась: интересно, что бы вышло, если бы она это сделала? В глубине души ей даже хотелось посадить на мель Блэншарда, хоть немного сбить с него спесь.

Но минутное удовлетворение вряд ли уравновесило бы тот хаос, который неизбежно последовал бы за этим. Даже если бы она и знала, как связаться с Алеком, она бы ни за что так не поступила. Ни ей, ни ему это ни к чему. А в особенности Сэму.

– Прости, любимый, – сказала она. – Я не могу. Во всяком случае, ты же знаешь, что папа обожает жареного цыпленка. Если ты его не возьмешь с собой, он будет в полном отчаянии.

Сэм захихикал, потому что это была истинная правда.

Больше об отце Сэма они не упоминали. Не говорили о нем и остальные – даже тогда, когда Либби сообщила домочадцам, куда они с Сэмом отправляются на лето.

Но после того, как Сэм в тот вечер лег спать, мать Либби подняла голову от штопки и спросила:

– Ты считаешь это разумным, дочка? Возвращаться в те места? К чему ворошить прошлое? В конце концов, у тебя теперь есть Майкл.

Но тут вмешался отец:

– По-моему, она права. Только так можно покончить с этим раз и навсегда. Для тебя же лучше, Либ, выбросить все это из своей жизни.

Поймав отцовский взгляд, Либби поняла, что долгие годы осторожного молчания могли обмануть кого угодно, только не Сэмюэля Портмэна.

В этом они были похожи: оба всегда и во всем стремились доводить дела до конца, ставить, как говорится, логическую точку. Сэмюэль знал, что она ничего не забыла и не сможет забыть до тех пор, пока не вернется на Харбор-Айленд. И только тогда обретет душевный покой.

До прошлой ночи Либби не сомневалась, что все ушло в прошлое.

Однако сейчас ее уверенность дрогнула. Либби считала, что ее чувства к Алеку умерли и похоронены. ан нет. Она на него разозлилась, чего и следовало ожидать. Но вместе с тем он заставил ее сердце забиться сильнее.

– Страсть, – насмехалась она над собой. – Бесполезная, глупая страсть. И только.

Как отчаянно она жаждала истребить в себе эту страсть, как ненавидела себя за то, что тратит столько времени, думая о нем. А вот он-то наверняка и думать о ней забыл…

В конце концов надо найти в себе силы и сосредоточиться на чем-то другом, и поскольку она уже отвела Сэма в школу, то отправилась на поиски рыбаков, чтобы с ними побеседовать.

Все утро Либби провела, разговаривая с тремя старыми рыбаками, судорожно записывая в блокнот и изведя целых три магнитных ленты. Она с головой ушла в работу и с чувством удовлетворения от выполненного долга, довольная собой, пошла домой.

После обеда она отправилась на Дэнмор-стрит, в Мемориальную библиотеку, ознакомиться с ее сокровищами. Вообще-то библиотеку она навестила сразу же в день приезда, но дверь оказалась запертой. Она пришла еще раз, и снова неудачно.

– Они открываются после обеда, – сказала Мэдди, с которой она решила посоветоваться. – Так что выбирай любой день.

Либби упорно заходила туда ежедневно, в надежде, что наконец ей повезет. На этот раз она с облегчением увидела, что двери открыты. Чувствуя, что судьба к ней благоволит, отобрала необходимый материал, села за стол и приступила к чтению. Она усердно работала всю вторую половину дня, закончив только тогда, когда пришло время идти за Сэмом.

Сын вприпрыжку выбежал из школы через секунду после того, как прозвенел звонок, с улыбкой, обнажившей весь его беззубый рот, а вслед за ним летел Артур.

– Хорошо провел день? – спросила Либби.

– Ага, – ответил Сэм.

– Можно Сэм пойдет со мной купаться на причал? – спросил Артур.

– Ну пожалуйста, – поднял на нее умоляющие глаза Сэм.

– Сначала зайдем домой, и ты поешь. Сэм вздохнул.

– Ладно. До скорого, – бросил он Артуру и зашагал рядом с матерью.

День был жаркий и невыносимо душный. Ночной дождь только усилил влажность. У них дома не было кондиционера, но все-таки стояли вентиляторы, и поскольку в библиотеке отсутствовало и то и другое, Либби мечтала поскорее добраться домой.