— А я бежал бы за тобой следом, визжа еще громче и пронзительнее. У меня ведь нет такого баса, как у тебя.

Несколько мгновений спустя они хохотали над воспоминаниями о том славном и ужасном дне. Да, Горди всегда был его самым дорогим другом, подумал Алистер.

Погода в день бракосочетания стояла великолепная. Жених проснулся рано, привел себя в порядок и мерил шагами спальню в Харгейт-Хаусе задолго до назначенного часа.

Кру снова посетило предчувствие.

— Почему, скажи на милость, у тебя не было предчувствия в тот день, когда пропал мистер Олдридж? — поинтересовался Алистер. — Почему оно появилось именно сегодня?

— Прошу прощения, сэр, — произнес слуга. — Может быть, оно ничего не значит и это просто предсвадебный невроз.

— Не ты женишься, Кру, а я.

— Конечно, сэр, но у нас меняются обстоятельства. Наше хозяйство больше не будет холостяцким. Меня очень тревожит белье. Вы с мистером Олдриджем по-разному относитесь к крахмалу. Он предпочитает слабо накрахмаленное белье. А главная прачка в Олдридж-Холле — весьма неприятная особа.

Алистер перестал шагать по комнате и уставился на слугу.

— Тебя пугает прачка? Кру кивнул.

— Мы будем жить в Олдридж-Холле лишь некоторое время, — сообщил Алистер. — А потом подыщем подходящий дом здесь, в Лондоне. И ты сам найдешь прачку, чтобы она крахмалила белье так, как тебе будет угодно. Уверен, мисс Олдридж устроит любой вариант. Однако в Дербишире, возможно, белье будет не таким накрахмаленным, как в Лондоне.

— Вы уверены, сэр? Ведь это значит, что придется вносить кое-какие поправки.

— Мне говорили, Кру, что при создании семьи требуется наладка и корректировка. Мисс Олдридж тоже придется внести в свою жизнь кое-какие изменения, найти в ней место для мужа. За последние десять с небольшим лет она привыкла решать все вопросы по собственному усмотрению. А теперь ей придется считаться с мнением отца и супруга.

У Алистера возникло подозрение, что ее отец уже вмешался в ход событий. Он бы не удивился, узнав, что между Олдридж-Холлом и Харгейт-Хаусом уже велись переговоры перед его прибытием в Дербишир в прошлом месяце. Лорд Харгейт, например, отнюдь не казался удивленным, услышав о предстоящем бракосочетании. Более того, он выглядел очень довольным, особенно при подписании брачного контракта.

Алистер женился на богатой невесте, то есть поступил именно так, как рекомендовал ему отец еще в ноябре.

— Не может быть, что они вошли в тайный сговор, — пробормотал Алистер себе под нос, в семнадцатый раз разглядывая свое отражение в зеркале. — Мирабель вскрывает всю отцовскую почту. То, что она не видела моего письма, было чистой случайностью.

Кру кашлянул.

— Я лишь хотел заметить, сэр, что некоторые письма попадают непосредственно в руки мистера Олдриджа. Они вкладываются в конверт, адресованный старшему садовнику. Леди Шерфилд время от времени прибегает к этому способу.

Леди Шерфилд, самая близкая подруга матери Мирабель.

Алистер оставил письмо мистеру Олдриджу на подносе вместе с остальными письмами, чтобы отец его отправил.

А отец, должно быть, вложил письмо в конверт, адресованный садовнику.

Значит, мистер Олдридж получил это письмо именно таким путем.

А потом ботаник ответил Алистеру в положительном тоне, всячески поощряя это начинание, хотя так же, как и его дочь, не желал, чтобы канал прошел по его земле.

В чем причина?

— Затевалось сватовство, — сказал Алистер своему отражению в зеркале.

— Вы что-то сказали, сэр?

— Меня сюда заманили, — сказал Алистер. — И устроили мне ловушку. Мой отец воспользовался представившейся ему возможностью. По-макиавеллиевски. — Алистер улыбнулся. — Слава Богу, что он это сделал. Иначе я бы никогда не встретился с Мирабель.

В дверь постучали. Кру открыл дверь.

Он вернулся с подносом в руке, на котором лежала записка с печатью лорда Шерфилда.

С гулко бьющимся сердцем Алистер прочел записку. И стремглав выбежал из комнаты.

Церемония бракосочетания должна была состояться в Харгейт-Хаусе в одиннадцать часов.

Сейчас было четверть одиннадцатого, а без четверти десять невеста в Шерфилд-Хаусе выставила вон служанку, заперлась в своей комнате и заявила, что бракосочетание следует отменить.

— Я пытался поговорить с ней, — сказал мистер Олдридж Алистеру, когда тот прибыл. — Моя сестра уверяла ее — через дверь, — что это всего лишь предсвадебный невроз. Такое может случиться с каждым. Но ни Клотильде, ни мне, ни даже миссис Энтуисл не удалось добиться от нее никакого ответа. Лорд Шерфилд подумал, что она заболела, и собирался взломать дверь. Я тоже за нее беспокоюсь, хотя Мирабель никогда не болеет. И не склонна к неразумным или излишне эмоциональным поступкам.