Больше Джулия не могла терпеть. Сдвинув ноги, она уперлась в грудь часового обеими руками и протестующе вскрикнула сквозь зубы.

Он мгновенно насторожился и с пробуждающейся яростью уставился на нее:

— А это еще что за шутки? Ты что, затеяла игру со стариной Ринго? Нет уж, ты получишь то, о чем просила…

Жесткими, мозолистыми пальцами он широко развел ее ноги, и Джулия поняла, что теперь в любую секунду свершится неизбежное. И происходящее даже не будет насилием — ведь она сама предложила матросу развлечься. Ей придется либо вытерпеть все до конца, либо поднять шум и погубить весь план. Второго такого случая ей не представится — об этом позаботится капитан Гатри.

Ее мысли путались, она пыталась найти выход из опасного и унизительного положения, в котором очутилась по собственной вине.

Внезапно она решила прибегнуть еще к одной уловке. Крепко сжав ноги, она снова оттолкнула часового и капризно произнесла:

— Зачем так спешить? Ты же сказал, что умеешь ублажать женшин! Я еще не готова… Поцелуй меня еще разок, и тогда… — Она глубоко вздохнула, сдерживая тошноту. — Мне по вкусу твои ласки…

— Правда? — Ринго замер и с довольной ухмылкой воззрился на нее: — По-твоему, я слишком спешу? Ладно. Ты не прочь поиграть, не так ли? На Ринго до сих пор никто не жаловался! От меня все женщины уходят довольными. Хочешь потискаться еще — будь по-твоему. Вот увидишь, я сумею распалить тебя. Ты еще попросишь пощады, плутовка…

Он стремительно нагнулся, обхватил губами ее сосок и начал покусывать его, втягивая в рот и обводя языком.

Более унизительного ощущения Джулия не испытала бы, даже если бы он вонзил в нее свое налившееся кровью орудие.

Неожиданно раздался тошнотворный хруст костей, часовой ахнул от боли, выпустил грудь Джулии и рухнул на нее.

Кто-то оттащил его в сторону и бесцеремонно поставил Джулию на ноги. В тусклом свете фонаря она рассмотрела лицо доктора Джснкинса, и вдруг кто-то задул огонь, и на корме воцарился мрак.

— С вами все в порядке? — прошептал врач, дрожащей рукой поглаживая Джулию по плечу.

Оправляя одежду, она раздраженно отозвалась:

— Да, но вы слишком медлили. Еще несколько секунд — и я превратилась бы в настоящую потаскуху!

— Простите, мы спешили изо всех сил, — скороговоркой ответил врач. — Мы собирались опередить вас и затаиться поблизости, однако сначала нам пришлось обезвредить часовых на палубе, а их оказалось больше, чем мы думали. Что ж, пора двигаться дальше. Если поднимется тревога, всех нас отправят на корм рыбам.

При этой мысли Джулию передернуло, и она вспомнила, что благодаря Дженкинсу и остальным избежала насилия.

— Со мной ничего не случилось, — заверила она, — просто я немного испугалась. Давайте поспешим.

Один из матросов отпер люк и придержал его крышку, пока доктор Дженкинс спускался вниз. Когда он очутился у подножия лестницы, второй матрос помог Джулии сойти по узким ступеням. За ней последовали остальные — все, кроме матроса, оставленного на карауле.

Пробираясь в темноте, врач позвал капитана Арнхардта, а Джулия стояла на месте, боясь на что-нибудь наткнуться. Кто-то зажег фонарь, послышался голос Дерека, и наконец Джулия увидела его. Ее сердце сжалось при мысли о невыносимой боли, которую причинили ему тяжелые кандалы на запястьях рук, вытянутых высоко над головой и прикованных к потолку. По обе стороны от капитана были прикованы Эдсел Гаррис и Гровер Уотсон.

— Какого черта… — хрипло начал капитан, но врач перебил его:

— У нас нет времени на разговоры. Надо поскорее вытащить вас отсюда. Можете поблагодарить Джулию за то, что она отвлекла часового, а нам удалось прикончить его.

Дерек поднял опухшие веки,взглянул на Джулию, ислабая улыбка тронула его губы.

Увидев, что из-под стальных браслетов на руках Дерека сочится кровь, Джулия стиснула зубы.

Врач велел одному из матросов поискать в карманах часового ключи от наручников. В ожидании Дженкинс рассказал Дереку, как им удалось связать нескольких стражников и заткнуть им рты.

— А троим пришлось перерезать глотки. Мы спрятали трупы, но неизвестно, когда хватятся. Нужно пошевеливаться. Дело за вами, капитан. У меня нет никаких планов.

Дерек с усилием повел руками, и на его предплечьях перекатились мышцы.

— Освободите меня, и я что-нибудь придумаю, — сердито выпалил он.

— Стойте смирно. — Врач попытался осмотреть окровавленные запястья Дерека. — Иначе у вас на руках не останется живого места.

Вернувшийся матрос сообщил, что у часового ключей не оказалось. Дерек чертыхнулся и приказал:

— Придется разрубить цепи. Наверху, в рундуке, есть топор. Живее!

Его взгляд устремился на Джулию, глаза прищурились в глубокой задумчивости. Наконец он распорядился:

— Уведите ее обратно в каюту. Пусть мать последит за ней. Поставьте у каюты часового, дайте ему ружье ипобольше пороху. Не хватало еще, чтобы они пострадали.

— Я не желаю торчать в каюте, не зная, что происходит на корабле! — воспротивилась Джулия. — Я помогу вам…

Несмотря на все напряжение этих минут, мужчины расхохотались, и этот хохот взбесил Джулию. Дерек усмехнулся: