Феникс не могла расслабить ни Напряженные мышцы живота, ни унять пронзавший ее поток сладкой боли между ногами. И она не могла, не желала отвести взгляд.

– Ты плаваешь?

– Не так, как ты. – Какая искусная получилась двусмысленность!

– Придется мне давать тебе уроки.

– Но только, пожалуйста, не на надувной лодке в заливе Эллиот.

Он запрокинул голову и рассмеялся, обнажая ровные, крепкие белые зубы с крошечной щербинкой спереди.

– Как, ты не хочешь взрывать обветшавшие зерновые баржи? Где же твоя жажда приключений?

У Феникс не было настроения шутить.

– Моя жажда приключений направлена на другие вещи. – Она сама не поверила, что могла сказать такое.

Роман оставил верхнюю пуговицу на джинсах расстегнутой, а черный свитер перекинул через плечо. Могучие очертания его тела подчеркивали влажные черные волосы, на которых после купания все еще сохранялись бусинки воды.

– Ну-ка расскажи о своей жажде приключений. На что же она направлена?

– Где эта Илона?

– Ты отклонилась от темы.

– Разговаривать с тобой – все равно что идти в темноте по минному полю.

– Это не так уж сложно.

Она взглянула на него и поняла, что он не шутит.

– Для тебя, может быть. Для меня – вряд ли.

– Ну, хорошо. Приходи ко мне на минное поле и не забудь надеть сапоги. Большие сапоги.

– Ты не собираешься надеть свитер?

– А разве надо?

Она не хотела вступать в спор с этим мужчиной.

– Мне все равно. Но мы ведь, кажется, куда-то идем.

– Илона видела меня без свитера.

– Так же как и большинство женщин, держу пари. Он крепко прижал к ее губам длинный палец: – Это некрасиво. И неправда. Почему бы тебе не снять свитер? Тогда бы мы смотрелись как близнецы.

Она снова вспыхнула – на этот раз от ярости:

– Замечательная мысль. Тогда нас будет просто не отличить друг от друга. Как жаль, что мне холодно, иначе бы я тут же это сделала.

– Все равно, сними его. Я тебя разогрею.

Она нервно одернула свой зеленый шерстяной свитер.

– Твои соски мне верят, – прошептал он, неторопливо поглаживая свой живот, так низко, что залез рукой в джинсы. – Они разговаривают со мной, Феникс.

Оттого, что она скрестила руки, свитер стал облегать ее грудь еще плотнее.

– Я тебя не понимаю, – сказала она, выйдя из себя. – Каждое твое слово – о сексе.

– А я думал, ты женщина, видавшая виды. Какие же слова тебе не понятны?

– Что делает Илона?

Он медленным движением натянул свой собственный свитер.

– Илона – очень милая женщина. Она ясновидящая, у нас есть несколько клиентов, которые по утрам с постели не встают, пока им не позвонит Илона. – Он пропустил Феникс вперед и, когда она проходила мимо него, нагнулся к ее плечу и прошептал: – Я не виноват, что ты на меня так действуешь.

То, как она сверкнула глазами, вызвало у него лишь улыбку.

– Ты знаешь, Ви Джи, прошлой ночью я обнаружил нечто очень интересное.

Он не дождется от нее того, чего хочет. Феникс продолжала подниматься по ступенькам.

– Ты разве не хочешь узнать, что я обнаружил?

Она покачала головой.

Когда она проходила мимо симпатичного тренера, тот жестом приветствовал ее:

– Это ты – Феникс? – После ее кивка он поднял вверх большие пальцы и произнес: – Добро пожаловать в клуб.

– Неплохо для разнообразия, – сказала Феникс, когда они отошли на достаточное расстояние. – Симпатичный мужчина, который не смотрит на тебя, как кот на мясо.

– Джеймс хотел бы стать моим близким другом, – заметил Роман. – Очень близким.

Рот у нее мгновенно захлопнулся.

– Прошлой ночью я обнаружил, что память у меня гораздо лучше, чем я предполагал, – сказал Роман.

– Я за тебя рада.

Они дошли до ряда дверей. Роман толчком открыл одну из них и вошел внутрь вслед за Феникс. Вместо массажного стола, который она ожидала и боялась увидеть, перед ней оказались подушки из овечьей кожи, выложенные квадратом, огораживавшим место для беседы, в центре которого стоял стол из розового дерева.

– Располагайся. – Немного повозившись, он зажег лампу, находившуюся в окаймленной складками розового алебастра нише под потолком. – Я запомнил каждый дюйм твоего тела. Лежа вчера в своей постели, я вспоминал, какая ты на взгляд, на ощупь и на вкус, Ви Джи.

– Ты отвратителен. – Едва не споткнувшись, она переступила внутрь квадрата и примостилась на краешке пухлой кожаной подушки. – Но мне, конечно, нельзя так говорить, да?

– Не-е-е. Не забывай, что я здесь – один из партнеров. А ты – почти принятая на работу служащая низшего ранга, вступившая в сделку, по которой придется жить.