– Прошу прощения за поздний визит, но, боюсь, мне придется потревожить его светлость и его гостью, – сказал Коул, кладя свою визитную карточку на маленький поднос, который швейцар держал в руке. – Будьте добры, передайте это, думаю, они не будут возражать против моего визита.

Швейцар с бесстрастным выражением лица оглядел Коула.

– Мне очень жаль, сэр, но лорда Делакорта нет дома. Из гостиной снова донесся женский смех, но на этот раз Коул уже не обратил на него внимания, поскольку почувствовал, что у него внутри все закипает.

– Что значит нет дома? – взорвался Коул. – Я точно знаю, что он дома и что в гостях у него леди Мерсер.

От такой наглости у швейцара слегка отвисла челюсть, и Коул понял, что он готов захлопнуть дверь перед его носом. Но ему позарез надо поговорить с Дженет. А Делакорт и его лживые слуги пусть катятся ко всем чертям. Он, капитан Амхерст, не будет стоять и умолять впустить его. Тем более тогда, когда так важно не упустить время.

Коул резко шагнул мимо швейцара, который не сделал никакой попытки его остановить, и направился через холл к дверям гостиной. Они оказались распахнуты, и взору Коула предстала элегантно обставленная комната в голубых и золотистых тонах. Двое слуг накрывали кофейный столик. До Коула, ослепленного яростью, поначалу не дошло, что в гостиной гораздо больше людей, чем он ожидал увидеть, да и кофе слуги сервировали для большого числа гостей.

Коул смело вошел в комнату и тут же увидел Дженет, сидевшую в изящном резном кресле, с очаровательной, радостной улыбкой.

– Простите, леди Мерсер... – начал Коул решительно, но тут слуги отошли от стола, и на Коула удивленно воззрились три пары женских глаз. Прежде чем Коул успел осознать, что Делакорта вообще нет в комнате, встревоженная Дженет вскочила и торопливо подошла к нему.

– Коул, что случилось? – Краска отхлынула от ее лица.

Глядя поверх плеча Дженет, Коул увидел, как пожилая, элегантно одетая дама тяжело поднялась из-за кофейного столика. Сидевшая рядом леди неопределенного возраста тоже вскочила на ноги, чтобы помочь ей. Коул перевел взгляд на Дженет и взял ее маленькие холодные руки в свои.

– Что случилось? – повторила Дженет. – Говорите!

– Успокойтесь, с детьми все в порядке, но нам надо поговорить наедине. На самом деле обстоятельства требуют, чтобы мы сейчас же уехали. Вы можете извиниться перед присутствующими и поехать со мной?

Только сейчас до Коула окончательно дошло, что Делакорта в гостиной нет. Он осознал, что ничего не знает о личной жизни Делакорта и понятия не имеет, кто такие эти две встревоженные женщины. Дженет повернулась к дамам.

– Думаю, вы не имели удовольствия быть знакомыми с кузеном моего покойного мужа, капитаном Коулом Амхерстом. Коул, это леди Делакорт, мать Дэвида, и его старшая сестра, мисс Шарлотта Брантуэйт.

Чувствуя, как его щеки заливаются краской, Коул поклонился дамам, а Дженет продолжала:

– А теперь, дорогие леди, я должна попросить вас извинить меня. Наверное... – она бросила встревоженный взгляд на Коула, – наверное, я понадобилась своим детям.

Коул вывел Дженет из гостиной, провел через холл и забрал на ходу у швейцара плащ Дженет. Он понимал: то, что они сейчас с Дженет делают, граничит с оскорблением, нанесенным этому дому. Однако очень не хотелось надолго оставлять детей одних. Когда они вышли на крыльцо, кучер Дженет рванулся было им навстречу, но Коул жестом остановил его.

– Я должен быстро объяснить тебе ситуацию, – тихо произнес он, глядя Дженет прямо в глаза. – Я не хотел тебе мешать и не собирался обидеть твоих друзей, но мальчики ждут в карете.

Пальцы Дженет вцепились в плечи Коула.

– Но ты сказал, что с ними все в порядке...

– Так оно и есть, – ответил Коул, успокаивающе обнимая Дженет. – Но, к сожалению, сегодня к вечеру все в доме внезапно заболели, в том числе Дональдсон и мисс Камерон.

Дженет прерывисто вздохнула, а Коул крепче обнял ее и продолжал:

– Мы не знали ни причину болезни, ни кто будет следующий. Я послал за доктором Грейвзом, но и он не смог с уверенностью определить причину вспышки заболевания. Поэтому мы с Нанной решили обезопасить детей, а я увез их из дома.

Дженет помотала головой, словно старалась привести в порядок мысли.

– Я ничего не понимаю. Куда ты собрался их везти? – По голосу Дженет чувствовалось, что ею завладевает страх.

– Я хочу, чтобы мы все уехали в Кембриджшир, в мое поместье. Думаю, это самое безопасное место. Я об этом никому не сказал, даже Нанне. Прошу тебя, едем немедленно.

– Ты думаешь... это яд? – спросила Дженет, занятая своими мыслями.

Коул покачал головой.

– На самом деле Нанна и доктор Грейвз считают, что это скорее всего дизентерия. Кто-то, какая-то подруга кухарки... приносила вчера в дом взбитые сливки. Ты не помнишь, ты их ела?

Дженет пожала плечами:

– Нет, не помню...

– А мальчики? – продолжал допытываться Коул.

– Нет. – На этот раз Дженет уверенно помотала головой. – Нет, мальчики не любят взбитые сливки.