Коул почувствовал облегчение. Тогда, возможно, это всего лишь случайность. И не так уж все страшно, как кажется. Но все же пока рано было успокаиваться.

– Дженет, так ты принимаешь мое предложение? – прошептал Коул, почти касаясь губами уха маркизы. – Ты поедешь со мной в Элмвуд? Клянусь, ты и мальчики будете там в полной безопасности.

Дженет вскинула голову, и Коул заметил в ее глазах проблеск надежды.

– Да, но мальчики не испугаются? Коул пожал плечами.

– Стюарта нам вряд ли удастся обмануть. А Роберт считает, что это путешествие – сюрприз в честь дня его рождения. Думаю, это хорошая версия в оправдание внезапного отъезда. Доберемся до Элмвуда, и если никто из нас не заболеет, решим, что делать дальше. А может, и доктор сможет что-то посоветовать.

В карете Дженет встретил радостный Роберт. Он забрался на колени к матери и стал горячо благодарить за прекрасный подарок ко дню рождения.

Проведя утомительную ночь на придорожном постоялом дворе в окрестностях Лондона, после полудня они отправились в Кембриджшир, и около пяти часов вечера Дженет услышала, как Коул приказал кучеру после пересечения границы графства свернуть на восток. Дорога привела их в живописную мирную местность. При виде ее у Дженет невольно перехватило дыхание.

Коул по-прежнему находился на козлах рядом с кучером, куда он пересел еще в Лондоне. Дженет в карете с тревогой наблюдала за мальчиками, пытаясь обнаружить хоть малейший признак заболевания, и при этом молилась, чтобы напасть обошла их стороной. А дети, удовлетворив первоначальное любопытство, расшалились не на шутку. Того и гляди, дело могло дойти до драки.

День выдался жарким и душным, чувствовалось приближение грозы. У Дженет разболелась голова, и она предупредила сыновей, что, если они не перестанут озорничать, она отменит путешествие. На самом деле это было уже не в ее силах. Коул не повез бы их сюда, если бы не посчитал это абсолютно необходимым.

Последние несколько дней Коул старательно избегал Дженет, и почти все, что произошло между ними за это время, можно было приписать исключительно на счет уловок с ее стороны. Сначала она заманила его в постель, затем навязалась сопровождать его на поле для игры в крикет, а Коул согласился на все это без особого желания.

Да и сейчас он явно старался не дать ей никакой возможности к сближению. Прошлой ночью на постоялом дворе Коул поместил ее и детей в одну комнату, причем выбрал самую дальнюю, в конце коридора. А они с кучером попеременно всю ночь караулили у дверей. Где и как они спали, да и спали ли вообще, осталось загадкой для Дженет.

От нее не ускользнуло, что Коул тайком прикрыл герб на ее карете, а на постоялом дворе зарегистрировал всех под вымышленными именами. Интересно, какие еще он принял меры предосторожности? Дженет решила не спорить с Амхерстом. Она была благодарна ему за это путешествие и, хотя оно вышло неожиданным, не сомневалась, что все к лучшему. Кроме того, Коул даже и не подозревал, как ей хотелось увидеть его дом.

В эту минуту Роберт изловчился и ткнул Стюарта в бок заостренной палкой, которую прихватил где-то на постоялом дворе. Стюарт вскрикнул, и Дженет, терпение которой иссякло, приказала остановить карету. Коул спустился с козел и распахнул дверцу.

– Прекратить! – рявкнул он, сердито хмуря брови. – Ах вы, озорники! Все, довольно. Лезьте на козлы и дайте вашей матери отдохнуть, или, клянусь, я выпорю вас обоих!

Лицо Стюарта приняло обиженное выражение.

– Но, сэр, он первый начал...

– Нет, не я! – возразил Роберт.

– Ты, ты! – настаивал Стюарт, тыча брата локтем в ребра.

– Мне все равно, кто из вас начал! – Коул махнул рукой. – Ступайте на козлы. И считайте, что вам повезло. По крайней мере сможете любоваться окрестностями.

Мальчики с поникшими головами выбрались из карсты, но Дженет поняла, что их сожаление притворное. Им редко выпадала удача попутешествовать на козлах рядом с кучером. Когда Коул уселся на сиденье напротив Дженет и пригладил растрепанные ветром волосы, она не смогла удержаться от улыбки.

– Ты понимаешь, что им только это и было нужно? – спросила она.

Кучер щелкнул кнутом, карета рванулась с места, и дети завопили от восторга.

– Да, пожалуй, – согласился Коул. – Но уж лучше пусть сидят там, чем действуют тебе на нервы.

Голос Коула звучал нежно и заботливо, и это заставило Дженет забыть о гордости.

– Ты очень хороший человек, – проговорила она, сложив руки в перчатках на коленях. – Такой умный, не теряешься в сложных ситуациях... и необычайно привлекательный. Ты уверен, что действительно не хочешь подумать о моем предложении взять меня в жены?

Коула просто ошеломили ее слова.

– О, ради Бога, Дженет, – пробормотал он и весь как-то сжался на сиденье. У него был вид человека, загнанного в угол. – Только не сейчас... сейчас это не главное. Клянусь, я просто не могу здраво рассуждать в этот момент.