Шрифт:
Он даже не стал тратить время на обдумывание. Устремился к двери, открыл и тихо прикрыл за собой.
Глава 9
Ему нужно только увидеть ее. Поговорить. Убедиться, что у нее все хорошо.
По пути он не встретил ни единой живой душ, и неудивительно в таком большом доме! Подойдя к ее спальне, он опустил глаза. Из-под двери пробивался яркий свет. Джерард с мрачным удовлетворением кивнул головой и постучался.
Ждать пришлось недолго: Жаклин открыла почти сразу. И широко распахнула глаза при виде Джерарда.
Он старался не слишком пристально смотреть на нее. На ней были тонкая батистовая сорочка с накинутым сверху прозрачным пеньюаром. Волосы раскинулись по плечам густой каштановой вуалью. С первого взгляда было заметно, что она не ложилась. И поскольку за спиной ярко горели лампы, он сразу заметил еще кое-что, весьма соблазнительное.
Она раскрыла рот, но не смогла выговорить ни единого слова.
Джерард, стиснув зубы, схватил ее за руку, потянул в глубь комнаты и захлопнул за собой дверь.
– Что ... – выдавила она, все еще не сводя с него глаз. Теперь он ясно увидел ее лицо. И бледность, и ошеломленное, растерянное выражение не относились к его приходу.
– Мне нужно перебрать ваш гардероб:
Оглядев комнату, он увидел у боковой стенки большой шкаф и устремился туда.
– Мой гардероб? – неверяще переспросила она, следуя за ним.
– Ну да. Посмотреть на ваши платья.
– Мои платья? – Судя по тону, она полагала, что он явно не в себе. – Вам срочно потребовалось увидеть мои платья прямо сейчас?
– Ну да.
Он распахнул дверцы шкафа, где стройными рядами висели ее платья.
– Вы же все равно не спите.
Он потянулся за туалетом из шелка цвета янтаря. Жаклин попыталась заглянуть ему в лицо.
– Что все это значит? И откуда такое жгучее желание взглянуть на мои платья? – Она посмотрела на каминные часы. – Сейчас начало двенадцатого!
– Необходимо подобрать наряд для портрета. Понять, что лучше всего на вас выглядит.
– Ночью?!
Держа перед собой янтарное платье, Джерард искоса взглянул на нее ... и замер.
– Поразительно ...
Он упивался волшебным зрелищем: свет мягко обтекал ее кожу, золотя ее нежным сиянием.
Джерард прерывисто вздохнул.
– С таким же успехом я могу рисовать вас и при свечах. Вот, держите это.
Сунув ей в руки платье, он снова нырнул в шкаф.
– Это ...
На свет появился шедевр из бронзового шелка, который он и швырнул ей.
– И это.
К груде одежды в ее руках добавился туалет из зеленого атласа с тисненым рисунком.
– Хотя ... – тут же спохватился он, – это слишком темный оттенок. Но посмотрим.
Он снова принялся отбирать наряды.
– У меня сложился определенный образ: цвет и фасон вашего платья могут стать критическими факторами.
Растерянная Жаклин с некоторым подозрением наблюдала за ним поверх горы платьев.
Наконец он потянулся к дверцам шкафа и бросил на нее быстрый взгляд – сабельно-острый, слишком оценивающий, чтобы быть небрежным.
Жаклин подняла брови.
Джерард мрачно усмехнулся, закрыл шкаф и протянул ей руку.
– Идите сюда.
И потянул ее, нагруженную семью платьями, к камину. По обе стороны каминной полки стояли лампы, разливая по комнате яркий ровный свет.
– Сюда, – велел он, поставив ее у камина на расстоянии примерно в фут от лампы на одном конце. Отступил, проверил впечатление и переставил ее чуть ближе к лампе, проверяя игру света в ее волосах. – Ну вот. Теперь слегка поднимите лицо к лампе.
Его пальцы коснулись ее подбородка. Чуть задержались.
– Вот так, – пробормотал он, откашлявшись – Начинаем.
Выхватив платья у нее из рук, он выбрал одно, весенне-зеленого цвета, и уложил остальные на кресло.
Игнорируя мысль о жалобах горничной, Жаклин наблюдала, как он расправил платье, оглядел его, потом ее, скользнул взглядом по ее телу ... и тут она вспомнила, насколько тонки ее сорочка и пеньюар. Вспомнила, что стоит спиной к огню!
Он поспешно поднял платье, словно вспомнив о правилах приличия ... хотя смотрел на нее и острым взглядом художника видел все, что можно было увидеть.