– Март, крыша... – быстро забормотала Елена, явно что-то высчитывая своим мозгом-компьютером. – Что у нас с этим связано? Кошки... мартовские коты на крыше. Неформальная обстановка. Песня «Черный кот». Зал можно соответственно стилизовать под городскую тематику, заказать большие стеклянные скульптуры кошек, которые будут стоять у входа...

– И кошачьи вопли! – засмеялся Денис. – Ну, не знаю пока... Хотя у нас с тобой кошачья страсть, да, Лис?

Я сделала вид, что прилежно разглядываю очередной журнал.

– В общем, над всем этим стоит еще раз хорошенько подумать, – нахмурился он.

Они принялись обсуждать с Еленой какие-то частности, а я вдруг подумала о том, что скажет Вера, когда увидит Дениса. Она, пожалуй, его испугается. Его жесткости, быстрого взгляда, категоричных суждений... А как отнесется к ней Денис?

«Не знал, что у тебя есть сестра, – усмехнется он. – Вы похожи. Близнецы, разлученные в детстве. Зита и Гита...» Нет, я не позволю ему смеяться над Верой, над тем, что она такая... смиренная. Точно монашка, которая боится городских соблазнов.

– Денис, я собираюсь пригласить на нашу свадьбу одну родственницу, – сказала я, когда Елена наконец ушла.

– Кто такая?

– Ты ее не знаешь.

– Хорошо, – сдержанно кивнул он. Накануне у нас с ним был спор по поводу Аглаи – он недолюбливал ее, утверждая, что своим видом та распугает всех гостей. Я была непреклонна. Открыто протестовать он не решался, но известие о новом персонаже заставило его напрячься. Эстет, сноб, утонченный денди, мажорный юноша – как он не любил все то, что считал вульгарным!

– Надеюсь, Пеньков будет присутствовать?

– Зачем тебе Пеньков? Впрочем, да, наверное... Мало ли что может понадобиться, он должен быть под рукой. Как тебе Елена? Она устраивала свадьбу моим знакомым, ее очень хвалили. У нее везде связи – со всеми фирмами и салонами, она что угодно может достать. Вернее, она знает, где это можно достать, чтобы не переплачивать и чтобы еще надлежащего качества...

– Лучше всякого Интернета, – кивнула я.

– Гораздо! Интернет тебе не склеит ноготь, когда до церемонии осталось пять минут...

– Что?

– Как-то у одной невесты сломался накладной ноготь – слишком заметная деталь, чтобы не обращать на это внимание... Слава богу, у Елены был какой-то специальный клеящий карандаш, и она тут же вернула ноготь на место. В другом случае у отца жениха случился астматический приступ, а свое лекарство он забыл. К счастью, у Елены под рукой было все необходимое. Она утихомиривает пьяных одним словом и мирит поссорившихся родственников, которые вот-вот готовы устроить скандал. Словом, всего не перечислишь – она незаменима.

– Но и платят ей соответственно?

– О, безусловно... Но зато и спросят, если что не так. Конечно, она – только верхушка айсберга, представитель своего агентства, и под рукой у нее сотня специалистов разного профиля.

– Здорово...

– Лис, я хочу, чтобы наша свадьба прошла безупречно, – выдохнул он, обнимая меня. – Скорее бы...

– Я и так в полном твоем распоряжении.

– Лис, милая Лис... – горько усмехнулся он. – К чему себя обманывать – ты никогда так и не станешь до конца моей. Ты – загадка. Ты недоступна... Но я хочу, чтобы нас связывало хоть что-то. Одна фамилия, общие дети, общий дом...

– Во мне нет загадки, я самая обыкновенная женщина... – пыталась я протестовать.

– Есть, Лис! Я точно знаю, что есть. Я буду разгадывать ее до конца жизни и, может быть, так и не найду отгадки. Я твой раб. Без тебя я не мужчина даже... Ты меня любишь?

Я посмотрела в его темные, пронзительные глаза, которые прожигали меня насквозь, и покорно сказала:

– Люблю.

Вера ждала меня в центре зала, прислонившись спиной к мраморной колонне. С обеих сторон платформы шумели поезда, подземка кипела своей особой жизнью – люди спешили по своим делам, оглядываясь на указатели, и Вера странно смотрелась посреди этого Вавилона. У нее было спокойное, чуточку отрешенное лицо, огромные светлые глаза смотрели поверх толпы.

– Вера! – бросилась я к ней. – Прости, я опоздала...

– Ничего. Я сама здесь недавно.

Одета она была опять ужасно – темно-синее длинное пальто с воротником из серого песца, который уже довольно интенсивно начал лезть, надвинутый до бровей черный берет – из тех, что продаются в переходах. Хотя, если судить беспристрастно, выглядела она довольно обыкновенно – вокруг ходило множество людей, одетых так же, если не хуже. Но я не могла быть беспристрастной, я была ее сестрой.

– Ты из магазина? – с любопытством спросила она, глядя на свертки, которые я тащила с собой.