Шрифт:
– Что еще вы знаете?
– О пропавших деньгах.
Его лицо стало серым. Он посмотрел на нее долгим взглядом, словно пытался решить, простить ли ее за то, что она заговорила о второй проблеме.
– Ах, так вы подслушивали?
Она пропустила мимо ушей его сарказм.
– Я хочу знать, действительно ли вы виновны в первом случае и вовлечены ли во второй.
– И то и другое не ваше дело.
Он поднялся на ноги. Внешне он казался спокойным, но Дана знала, что он напряжен до крайности.
– Что, черт возьми, еще вы знаете? – потребовал он ответа, возвышаясь над ней.
Она встала, но держалась на приличном расстоянии от доктора.
– Если вам нечего скрывать, то почему не рассказать о себе?
– Вы настоящая работяга, леди.
– Спасибо. Кроме того, я знаю, что вы занимаетесь конгрессменом Кроуфордом.
Смертельная тишина повисла в комнате. У него на скулах заходили желваки.
– Я не знаю, черт побери, где вы получили такую информацию, но вам лучше забыть о ней.
– Вы не можете так себя вести. – Ее глаза сверкали. – Вы должны мне все рассказать!
– Я не буду рассказывать ничего такого, что могло бы поставить под угрозу мою работу.
– А почему вы усложняете мою работу? Если в ваших делах нет ничего запретного, почему бы не ответить на мои вопросы?
– У меня есть предложение получше, – с расстановкой проговорил он, приближаясь к ней. – Почему бы вам не остановиться? Берите-ка ваш блокнот и ручку и уносите свою задницу туда, откуда принесли.
– Дерьмо! – Дана размахнулась, собираясь влепить ему пощечину, но Грейнджер оказался проворнее.
Он поймал ее за запястье, притянул к себе и припал к ее губам горячим голодным ртом.
Кровь закипела. Дана вцепилась в него. Его губы пожирали ее губы, а язык протолкнулся в глубину ее рта. Она почувствовала, как по телу пробежала дрожь. Он застонал, и его губы стали нежнее. Наконец она отступила, совершенно ошеломленная.
– В следующий раз я не ограничусь поцелуем.
С этими словами он повернулся и вышел. Дана осталась стоять посреди гостиной. Сердце бешено колотилось, а между бедрами жгло как огнем.
Глава 25
Время уходило. Часы в голове Даны тикали все громче. Ей надо привести в порядок мысли и изложить на бумаге всю информацию, собранную о докторе Грейнджере, но она продолжала потворствовать себе, как будто ей принадлежало все время мира.
Возможно, виновата весна. Приятный аромат жимолости проникал через открытые французские окна.
Дана подошла к окну и долго смотрела, как купается в луже малиновка, трепеща крыльями, потом с меланхоличной улыбкой вернулась к старинному секретеру, служившему ей столом.
Она села и посмотрела на часы. Десять. Ее пальцы должны нажимать клавиши портативного компьютера, но мысли забиты совершенно другим, и она не способна сосредоточиться. Однако она все же позвонила Вэйду Лэнгли в «Ишьюз» и оставила сообщение с просьбой перезвонить.
Глядя вдаль, Дана думала, какой сегодня великолепный день и как было бы здорово отправиться в лес на пикник, долгие часы заниматься любовью…
Во рту пересохло. Дана закашлялась, потом несколько раз глубоко вздохнула. Разум отказывался ей повиноваться. Никогда раньше у нее не возникало подобных мыслей, никогда ей не хотелось близости с мужчиной, хотя она давно научилась скрывать отвращение, чтобы никого не обидеть. Однако Руни заглянул за фасад и увидел, что там.
А Янси – нет.
Она знала почему. Независимо от последствий Янси всегда брал то, что хочет. И он сказал, что хочет большего. Не потому ли у нее дрожат ноги? Не потому ли ее с такой силой тянет к нему?
Нет. Совершенно точно – нет. Она отбросила эту мысль, но память о его горячих губах, прижатых к ее рту, лишала сил. Дана опустилась на край кровати, только сейчас осознав правду. Ей было больно, когда плоть Янси вжималась в ее плоть, она думала: а если бы он оказался внутри ее, и она испытала бы огонь желания, и кульминационный момент?..
Дана вскочила и выбежала на веранду, потрясенная своими мыслями. Судорожно обхватила себя за плечи. Не хватало только увлечься этим эгоцентричным мужчиной, большим любителем пофлиртовать!
У них с Янси нет и не может быть ничего общего. Его грубый и эгоистичный характер, дерзость и надменность не подходят ей. Кроме того, у него репутация ловеласа, что тоже опасно.
Единственное, в чем они похожи, – это амбициозность. Она необходима для достижения профессиональных вершин, он хотел не только достичь их, но и закрепиться там.