– Вы опять ожидаете серьезных неприятностей?

– Сейчас ты мне сам укажешь на их признаки. Посмотри на этот спектрографический снимок, да, да, вот на эти холмы...

– Кажется, они богаты норцитом? Калин кивнул головой:

– Вполне вероятно. А это значит...

– Что траки не менее нас заинтересованы в их разработках. Ведь они были и на Лазертауне, и на Битии.

– А также это означает и то, что там не будет археологических находок. Мы можем найти... кое-что другое.

Джек посмотрел на Калина:

– Вы рискуете, Ваше Святейшество.

– Я должен рисковать. Хотя, возможно, это совсем и не те места раскопок, которые нам требуются. Но я не могу игнорировать очевидные факты. А если там зарождается новая раса? Неужели же я должен закрыть на это глаза?

– Нет, – подумав, ответил Джек. – Но я не могу обеспечить тебе защиту Доминиона.

– Открыто – нет. Но я думаю, что смогу гарантировать тебе, что Динаро уйдет в самоволку сразу же, как только научится управлять бронекостюмом.

Джек провел бронированной перчаткой по волосам.

– Мне совсем не нужны такие происшествия, – сказал он.

Калин тяжело вздохнул и ответил:

– Нам обоим они не нужны. Но я не вижу никакого другого способа защиты. Тем более, что траки вот-вот объявят нам войну.

Джек покачал головой:

– Я не позволю тебе отправляться одному. Хорошо. Динаро будет принят в рыцари. Лассадей командует третьим подразделением. Они только что приступили к тренировкам. Мы направим его туда. Но если он пройдет проверку, будем считать, что этого разговора не было.

– Хорошо, – кивнул Его Святейшество и вышел.

На наблюдательный мостик поднялся Лассадей.

Сержант удивленно посмотрел вслед Святому Калину:

– Что-то случилось? Что ему было надо?

– Он благословлял новобранца.

– Практичный человек – этот священник. – Лассадей провел рукой по своей лысой и потной голове. – Я бы отдал голову за тысячу таких, как он.

Сержант был прав. Им нужны были тысячи таких людей, как Калин.

– Постарайся, чтобы сенатор этого не услышал.

– Сенатор? – скривил губы Лассадей. – Господи, командир, это как раз то, что вам нужно. Если бы я был на вашем месте, я бы приварил его к Баластеру. Пусть наш новый полицейский министр погреется.

– Я не против, но мне кажется, что Баластер уже сделал со мной что-то подобное. Они там почему-то волнуются. Ты сейчас лучше вернись.

– Минутку. Кажется, к нам кто-то бежит.

Джек пристально посмотрел на ветерана. На тренировочной площадке Лассадей всегда носил серебряный комбинезон. Он любил привлекать к себе внимание.

– Что-то случилось, сержант?

– Я слышал, что наблюдается повышенная вибрация в гиперпространстве. Мой сын как раз ведет наблюдения. Похоже, что траки начали массированное наступление.

– В самом деле? – Джек улыбнулся. – Это здорово, если мы заранее узнаем об атаке. Хорошо бы – еще до того, как они выйдут из гиперпространства.

Лассадей разулыбался:

– Я знал, что тебе это понравится, командир.

Джек кивнул. Лассадей вышел. К мостику подошел какой-то джентльмен невысокого роста с мощными руками и плечами. Кажется, это был сенатор.

– Командир Шторм? Джек протянул руку:

– Сенатор Вашбурн! А где ваши помощники? – Джек посмотрел вокруг, явно ожидая увидеть рядом с сенатором толпу телохранителей.

– А-а! Да я отправил их подальше. Сказал им, что как-нибудь вы сможете за меня постоять, а иначе вы не стоите и ржавой заклепки от этого бронекостюма.

Джек широко улыбнулся:

– Хорошо. И все же я думаю, что сейчас у вас мало времени для меня, как и у меня для вас.

Вашбурн удивленно поднял вверх свои густые брови:

– Командир, что касается меня, то для вас я всегда найду время. Впрочем, я ценю откровенность. Что вы можете мне показать?

– Сейчас у нас идет отработка приемов. Это подразделение номер один. С ним я уже провел тренировки. Сейчас мы неплохо подготовлены. Правда, после Битии большинству рыцарей нужно заменить снаряжение. А для новых бронекостюмов всегда требуется время – ведь к ним нужно привыкнуть.

– А сейчас вы сможете показать мне, на что вы способны?

– Да, сэр. Я думаю, вам это понравится. – Джек махнул левой перчаткой, и колонна, ожидавшая его знака, пришла в движение.