— Ах вот как — странные методы? — возмутился Эллери. — Ну так позвольте сообщить вам кое-что, ваше величество. Ваш гений провел прошедшие две недели, играя днем в гольф, а вечером — в Ромео с вашей кинозвездой Бонни Стюарт! Что вы на это скажете?

— Выйдем, и я угощу вас выпивкой, — предложил Фиц, зажигая сигару.

— Да, идите, — с радостью подхватил мистер Хаггер. — Вы нуждаетесь в чем-то, что успокоило бы ваши нервы. Уверен, что мистер Бутчер очень скоро свяжется с вами.

— Не нужны мне ни вы, ни ваш мистер Бутчер, — в сердцах заключил Эллери и вышел из комнаты в сопровождении Фица.

— Вижу, — заметил Фиц после третьей порции виски с содовой в «Тайре» напротив студии, — к вам вернулся нормальный голос.

— Помогло здешнее солнце. — Эллери с мрачным видом осушил стакан.

— Устали от вашего времяпрепровождения?

— Если бы не контракт, я бы уехал первым поездом!

— А вы бы не хотели заняться чем-нибудь по-настоящему интересным вместо этого кинематографического безумия?

— Чем угодно! Дайте мне бутылку.

— К тому же это как раз по вашей части, — добавил Фиц, с удовольствием попыхивая сигарой из кабинета мистера Хаггера.

— Вот оно что?.. — Эллери поставил бутылку и посмотрел на Фица сквозь сифон. — Дело Спета?

Фиц кивнул. Эллери откинулся на спинку стула.

— Что там сейчас творится? — спросил он.

— Вы, конечно, знаете, что Рис Жарден угодил в кутузку по обвинению в убийстве Спета?

— Я читаю газеты — это единственное, что мне остается.

— Вы встречали его дочь, Валери? Славная штучка, верно?

— С практической точки зрения бесполезна, но в остальных отношениях, по-моему, приятная девушка.

Фиц оперся на локти.

— Ну вот, у них истощились dinero [27] , и Вэл этим утром пришла ко мне с просьбой о работе. Я дал ее бедняжке.

— Очень любезно с вашей стороны, — сказал Эллери, интересуясь про себя, что стало с деньгами Уолтера.

— Вовсе нет. Правда, мы с Рисом вместе зубрили литературу в Гарварде, но сантименты тут ни при чем. Это деловое предложение. У нее есть что продать, и я согласился это купить.

— По-вашему, Спета убил Жарден? — внезапно спросил Эллери.

— Откуда мне знать? Как бы то ни было, девочка говорит, что нащупала какой-то горячий след. Она не сообщила ничего конкретного, но я чувствую, что это правда. Вэл собирается идти по этому следу, попутно предоставляя мне ежедневные статьи.

— А я тут при чем? — осведомился Эллери, разглаживая клетчатую скатерть.

Фиц кашлянул.

— Сначала выслушайте меня до конца, Квин. Согласен, что это безумная идея...

— Учитывая мое нынешнее состояние, — заметил Эллери, — это говорит в ее пользу.

— Я обещал Вэл, что приставлю к ней опытного человека, дабы он направлял ее в нужную сторону. — Фиц вновь наполнил стакан. — Вот тут-то на сцене появляетесь вы.

— Откуда вы знаете, что она станет работать со мной? Вы ведь проболтались обо мне в Сан-Суси в понедельник.

— Вэл не должна знать, что вы детектив, — поспешно сказал Фиц. — Иначе она будет в напряжении, как недубленая кожа на солнце.

— Вы хотите, чтобы я шпионил за ней?! — воскликнул Эллери.

— Если бы мне было нужно это, я бы приставил к ней кого-нибудь из моих ребят. Но ей необходим кто-то, имевший дело с убийствами. При этом она должна считать своего партнера обычным журналистом — я не хочу ее спугнуть.

Эллери нахмурился:

— Но я не журналист, и она знает, как я выгляжу.

— Вэл не отличит журналиста от детектива. А насколько хорошо она вас знает?

— Она видела меня дважды.

— Ну, мы это устроим, — успокоил Фиц.

— Что вы имеете в виду? — встревожился Эллери.

— Не волнуйтесь. Обстоятельства в нашу пользу, поэтому я о вас и подумал. Вы говорили мне, что обычно не носите бороду. Значит, если вы побреетесь, Вэл вас не узнает, верно?

— Сбрить такую красоту! — в ужасе воскликнул Эллери, поглаживая бороду.

— Конечно! Так или иначе, она выглядит старомодно. Покажитесь Вэл с выбритой физиономией, расчешите волосы на пробор сбоку вместо того, чтобы зачесывать их назад, как теперь, оденьтесь поприличнее, и она никогда вас не узнает. Даже ваш голос будет для нее незнакомым — ведь в понедельник она слышала только, как вы хрипели.

— Хм! — промолвил Эллери. — Вы хотите, чтобы я приклеился к мисс Жарден, выяснил, что ей известно, и распутал дело, если ее отец невиновен?

— Вот именно.

— А предположим, он виновен?