Когда какой-то крепкий мужчина направился им навстречу, Элтон сказал дочери:

– Ангел мой, тебе пора домой. Может, я еще раз возьму тебя сегодня с собой, но только позднее, когда станет попрохладнее.

По правде говоря, Анджела втайне надеялась доехать до тростниковых плантаций. Глупо, но ей хотелось увидеть Гатора.

Отец соскочил на землю и стал говорить о чем-то с надсмотрщиком, а когда вернулся, настроение его, к удивлению девушки, резко ухудшилось.

– Я всегда держался открыто с каджунами, – проворчал он, – но этот мне что-то не нравится. Вообще-то с обязанностями своими он справляется, но, по-моему, плохо обходится с людьми, хотя у меня нет доказательств.

– Разве они не сообщили бы тебе? – поинтересовалась Анджела.

– Нет, если запугать их и пригрозить наказанием за болтовню. Надо последить за ним, – заметил Элтон.

Анджела бросила взгляд на надсмотрщика, о котором шла речь. Не сказать, что это был неприятный, уродливый человек, пожалуй, даже наоборот. Отмыть и приодеть его – так он станет даже привлекательным. Но было в его внешности что-то отталкивающее… Подумав, Анджела решила, что ей не нравятся его глаза – черные, холодные и… злые. Да, промелькнуло у нее в голове, папа прав: этот человек способен на жестокость.

– Папочка, – вдруг спросила она, – а почему ты хорошо относишься к каджунам? Ведь остальные не любят их и считают худшими представителями белой расы.

– Знаешь, некоторые плантаторы полагают, что каджунам нельзя платить, потому что это раздражает рабов, но я придерживаюсь иного мнения. Если бы это было так, то не стоило бы оплачивать и труд ирландцев. Мне кажется, к ним относятся с презрением, потому что они сбежали из родной страны. Думаю, ты замечала, что они себе на уме и всегда держатся особняком, – промолвил Элтон и добавил с улыбкой: – Ну да ладно, ангел мой, становится все жарче, тебе пора в тень.

Махнув рукой, Элтон пустил коня к небольшому павильону, где он обычно отдыхал от зноя и мог выпить холодной воды.

Анджела поскакала было в направлении к дому, но затем неожиданно для себя повернула в сторону, чтобы объехать тростниковые поля. Девушка уверенно сказала себе, что делает это вовсе не для того, чтобы увидеть Гатора, а просто хочет попозже вернуться домой.

На первом же поле ей повстречалась Эмили. Едва завидев подругу, та принялась радостно размахивать руками. Мгновенно забыв о просьбе матери держаться подальше от каджунов, Анджела подъехала к Эмили.

– Где ты была так долго? – спросила Эмили, отирая пот с загорелого личика. – Мы не видели тебя с того самого дня, как Гатор спас нас. На следующий день он мине сказал, че ты благополучно добралась до дому, а больше мы ниче о тебе не слыхали. И его спрашивали, но он только бросал на нас вот такие взгляды. – Эмили состроила гримасу, изображая рассерженного Гатора.

– Что-то я не припомню, чтобы ты передразнивала нашего благородного рыцаря в ту ночь, – засмеялась Анджела. – По-моему, ты до смерти его боялась.

– Да ну, это все ерунда, – пожала плечами Эмили. – А теперь отвечай, почему ты так надолго пропала?

– Я… готовлюсь к венчанию, – нашлась Анджела. Приложив козырьком руку к глазам, она оглядела тростниковое поле. К ее досаде, людей трудно было разглядеть за высокими стеблями растений.

– И кого это ты высматриваешь? – с ехидством поинтересовалась Эмили. – Поди, Гатора? Не беспокойся. Он наверняка где-то там. Работает. Сказать ему, что ты его искала?

Анджела смутилась. Хотя подруга сразу догадалась, в чем дело, девушка вовсе не собиралась признаваться ей во всем.

– Нет, конечно, – быстро ответила она. – Я искала Симону.

– Симона больше не работает. Болеет, – пояснила Эмили.

– Болеет? – встревоженно переспросила Анджела. – А что с ней?

Эмили многозначительно усмехнулась:

– Она сама должна тебе сказать.

Анджела тут же решила, что у нее появилась веская причина задержаться и не ехать пока домой. Скандала с матерью все равно не избежать – та будет разгневана, узнав, что дочь сбежала из дому с отцом.

– Пожалуй, я съезжу навестить Симону, – заявила она. – Уверена, что не заблужусь, если не буду сходить с дорожки. Да и с лодкой наверняка обойдется без проблем – в это время их полно у реки.

Мысль о том, что придется плыть по заболоченной части реки при свете дня, вовсе не пугала девушку. Всего-то нужно отталкиваться от дна шестом да следить, чтобы лодка не запуталась в водорослях.

Эмили не разделяла уверенности подруги.

– Мне не нравится твоя затея, – заявила она. – Как бы ты не заблудилась.

– Ерунда, – возразила Анджела. – В ту ночь было темно, хоть глаза выколи, вот мы и не заметили какой-то дряни в воде. Если бы не это, все окончилось бы благополучно. К тому же мне нескоро доведется побывать в селении каджунов, да и в самом Бель-Клере после того, как я выйду замуж, – с грустью добавила она.