Испуганная молчанием Дианы, Джулия стала запинаться и замолкла. Немного погодя спросила:

– А что ты видишь?

– Мальчик играет. Давай подойдем и… подожди-ка. Вот теперь интересно.

Сосредоточившись на Джонни, Диана почти забыла о другом существе мужского пола, находившемся в комнате. Конечно, сегодня понедельник. Тобесу Гаскойну прием назначен на два часа. Вот Тобес отложил книгу и подошел к Джонни. Мальчик улыбнулся ему, совсем не испуганно. Они заговорили, хотя Диане и Джулии не слышно было их слов. Скрестив ноги, Тобес сел на пол рядом с Джонни. Поднял грузовик.

Николь Андерсон углубилась в газету.

– Прервать их? – В голосе Джулии звучала неуверенность.

– Зачем? Возможно, это тот путь к пониманию Тобеса, который мы искали… – тихо сказала Диана.

– Но я только что вспомнила: он не должен находиться здесь. Я отправила ему письмо, предупредив об отмене занятия. Мы ведь не знали, сколько времени продлится выступление по радио…

– Разъедини их, – решительно приказала Диана. – Сейчас же.

Парнишка помог мне, он знал, что нам обоим нужно. Сел на пол и начал играть. Отлично. Самое простое решение, но здорово.

– Привет! – сказал я. – Не возражаешь?..

– Конечно нет.

Сажусь на пол рядом с ним, настолько близко, что ощущаю запах мыла. Настолько близко, что вижу капельки пота на его шее, и говорю:

– Сегодня жарко.

Он кивает, не отрывая взгляда от машинки, которую держит в руках.

– Вы здесь работаете? – спрашивает он вдруг.

– Нет, я пациент доктора Цзян.

Его озорное лицо фавна застывает при этих словах.

– Я – тоже, – бормочет он, – наверное.

– Ты разве не знаешь?

– У нас сегодня первый прием.

– Это твоя мамаша?

– Это? Это Николь. Моя мачеха. – Он говорит тихо, обращаясь к машинке, а не ко мне. «Так вот в чем дело!» Беру машинку и, разогнав ее так, что колеса завертелись, отпускаю. Грузовик доезжает почти до самой стены и останавливается. Парнишка ухмыляется. Проделывает то же самое с машинкой, которую держит в руках. Его машинка врезается в плинтус. Мы оба хохочем.

– Как тебя звать?

– Джонни Андерсон. А вас?

– Тобес Гаскойн.

Секунду никакой реакции. Потом губы его расплываются в улыбке. А у меня подкашиваются ноги. Я хочу сказать, хочу сказать, ребята, это… этого не выразить словами, понимаете? Свет, пусть будет свет, и был свет, вспышка молнии, удар грома.

– Гаскойн, – произносит он с благоговением. – Какое приятное имя. – И повторяет его медленно, со смаком, как будто сосет конфетку. Внутри у меня все переворачивается и дрожит. Душа медленно покидает мое тело…

– Где ты живешь? – спрашиваю его.

– Корт-Ридж. Номер пятнадцать.

В этих домах фасонные балконы, французские окна, под ними – лужайки. Вот уж никогда не думал, что в один прекрасный день встречусь со своим двойником. И что он так овладеет моим сердцем, как этот мальчик. Корт-Ридж расположен над кладбищем. Господи! Так близко от меня живет дорогой мне человек.

– Джонни, – обращается к нему женщина, та женщина, которая выглядит растерянной, – мачеха. – Пойди сюда, – зовет Николь.

Джонни не двигается, ни слова ей в ответ. Он робко исподлобья смотрит на меня, и я обращаю внимание, какие у него красивые ресницы, шелковистые, трепещущие. Глаза у него голубые. Они очень гармонируют с его светлыми-светлыми волосами. Его лицо – только сейчас понимаю – это не лицо ребенка. Оно не круглое и пухлое, с избытком плоти, которая с возрастом исчезнет, нет, лицо у него узкое и худое. Напряженное. Этот мальчик находится в постоянной тревоге. Волнения съели излишки плоти. Не опуская глаз под моим пристальным взглядом, он слегка покачивает головой. Его взгляд о чем-то говорит мне. Во-первых, о том, что он ни за что не станет повиноваться Николь. Во-вторых…

На его лице снова застывает маска, и мне остается только гадать, что еще хотел сказать мне его взгляд. Я чертовски растерян. Маска из реквизита пекинской оперы: черно-белая, но с красными кругами вокруг глаз и длинным хвостом искусственных волос. Это маска злодея.

Джонни… до сегодняшнего дня это имя не казалось мне привлекательным. Еще пять минут назад не казалось. Теперь же это особенное имя.

Мальчик рассеян, он оглядывается. Черт возьми, он ускользает от меня. Как же завлечь его в ловушку?..

За моей спиной слышу голос Джулии:

– Привет, Джонни, пора познакомиться с Дианой. Тобес, ты не получил моего письма?

Встаю на ноги и оборачиваюсь, заготовив для зеркала улыбку, для практикантки – тоже.

– Какое письмо? – задаю вопрос.

– То, которое я послала тебе, с сообщением, что занятия переносятся на завтра?

Трясу головой.

– О, извини, ты напрасно приехал.

– Ничего.

– Завтра сможешь? – спрашивает помощница Дианы. – В то же время, хорошо?

– Ничего не откладывай на завтра, ибо завтра нас, может быть, ждет смерть, – изрекаю я.