Шрифт:
– Вам дачу? Зачем?
– А мы дочку хотим на лето от бабки забирать! – сияя, сообщила жена.
Скубенная улыбнулась.
– А вы видели наши дачи? – спросила она. – Это ж не дача!
Сортир! Хуже даже! Ни окон, ни дверей – все выбито!
– Мы согласны! – улыбалась жена.
Скубенная явно подтаяла.
– Симпатичные, вижу, люди. Но – не обещаю: очередь на пять лет!
Радостные, приехали домой, пихаясь, вошли в квартиру, помечтали и легли спать.
Утром нас разбудил звонок. Жена схватила трубку. О, слезки покатились из глазок, выставленная вперед челюсть затряслась.
– …Нам отказали! – всхлипнула она.
Снова звонок! Я с надеждой схватил трубку: может, что-то исправилось?
– Ну, здорово, – сиплый голос.
– Здорово, – неуверенно ответил.
– Не узнал?
– Н-нет.
Знакомый голос, но из какого-то прошлого. Причем неприятного.
– Сейчас узнаешь! Это Герка звонит.
– Герка?
– Да! Гера Гузов, который голову тебе бинтовал в тюряге, “лицо” тебе делал!
– А! – вспомнил, и голова сразу заболела: с той поры регулярно болит. Снова пришло его время?
Жена с надеждой на меня смотрит! Помахал ладошкой: не то! Ну а что же?
– Теперь вспомнил, падла?
– Слушаю тебя.
– А ты не слушай, ты отвечай! Как чувствуешь себя?
– Н-н-н-нормально.
– Сейчас будет ненормально. Я освободился только что, в очередной раз.
– Поздравляю.
– Погоди поздравлять!
Но хотелось бы поздравить. И – все!
– Ну, вышел я и стал думать, а что хорошего я в жизни этой сделал? И знаешь, что вспомнил?
– Меня?
– Угадал, умник! Тогда мне срок обещали скостить, если я тебя изуродую. А я – полотенцем!
Послышались глухие рыдания.
– Ну, спасибо тебе!
– Погоди со спасибо-то! Дело есть!
Полотенце тянется через века.
– Я вообще занят. Не могу тебя принять. Сложные дела дома.
– А кто сказал, что я приеду к тебе? Ты ко мне приедешь!
Абсолютная уверенность: мол, сделал я тебе доброе дело – теперь твой черед.
– Куда?
– Спиртозаводск. Баба тут у меня. Решил попробовать с нею жить.
– А я-то здесь при чем?
– Хочу, чтоб ты на нее глянул!
– Так тебе с нею жить!
– Хочу, чтоб ты глянул на нее. Ты мужик добрый – если уж тебе не понравится!
Последняя, значит, инстанция? Довольно это тяжело!
– Кроме тебя, у меня никого! Эти дружки, сам понимаешь… Хорошего от них не жди!
А мне-то где взять хорошее? Самому хватает с трудом!
– Ну хорошо, я приеду. Говори адрес.
– Спиртозаводск. Улица Пленных Металлистов, дом шесть. Отдельная хата.
– Поздравляю.
– Погоди поздравлять. Дуй на вокзал.
– Слушаюсь, – повесил трубку.
Жена смотрит. Я “сделал лицо”.
– Кто это?
Рассказал.
– И ты поедешь?!
– Ну а как же быть? Человек надеется!
– Да плевать он хотел на тебя. Позвонил спьяну!
– …Нет.
– А я как тут останусь?
– А что ты?
– Вот именно: я – “что”?
– Всю жизнь только с тобой куковать?
– Не кукуй! Не кукуй! Езжай!
Поезд в Спиртозаводск прибыл в пять утра.
Среди каких-то дряхлых бараков нашел улицу Пленных Металлистов – насквозь, кстати, деревянную. Спрашивается – при чем здесь металл? Иначе все представлял. Ноздри от холода слипаются изнутри. Ничего! Сейчас с Герой забракуем бабу – и пойдем вместе по лагерям!
Нашел наконец дом шесть – между двадцатым и тридцать четвертым.
Это нормально для нас!
Стучал в глухую ватную дверь, потом в окна. Зашевелились.
Открыли наконец! В темных сенях стоит Гера и как-то без восторга смотрит. Видимо, более значительным меня представлял.
– А, это ты, – проговорил вяло. – Ну, проходи.
Энтузиазм дружбы, видно, прошел, пока я ехал. Сколько раз я повторял себе: не все, что говорится и обещается, надо делать!
Многое, наоборот, в словах гораздо лучше смотрится, дело все только портит! Говорил себе – но напрасно! “Нет добросовестнее…” дурака!
Зашли в хату. Жена – альбиноска. Маленькая, но, чувствуется, с характером. В горнице очень чистенько, никелированная кровать, пирамида подушечек, салфеточки с кружевами.
Эх, чувствую – не удержит она орла!
На меня злобно зыркнула. Приняла, естественно, за уголовника, который приехал увлекать ее мужа в преступный мир.
Гера несмотря на ранний час в строгом черном костюме, белоснежной крахмальной рубашке, бабочке, волосы прилизаны бриллиантином. Чувствуется – и не ложился. Тем уголовники и отличаются от прочих людей, что расписания не существует для них.