Охранник за передним столиком записал ее имя и спросил, кого она хочет посетить.

– Сержа Картье, – сказала она. – Подразделение С, камера шестьдесят два.

– Ждите там, – сказали он, так ни разу и не подняв на нее глаз.

Присев около двух женщин, которые, очевидно, бывали здесь прежде, Мэй слушала их беседу о продвижении дел их мужей в судах, их общественных защитниках, возможности оправдания. Разговор, перешел на насилие, как кому-то из соседей по камере нанесли удар из-за наркотиков на прошлой неделе острой бритвой или обрезком лезвия ножа.

Прошло двадцать минут. Тут другой охранник отпер толстые с двойной броней внутренние двери и разрешил посетителям пройти внутрь. В сером коридоре эхом отдавались возбужденные голоса и стук шагов Мэй. Она почувствовала страх перед тем местом, куда так решительно направлялась. Кровь стучала в висках, когда она думала об оружии, о котором говорили женщины. Тревога только возрастала при мысли, что она приехала сюда за спиной Мартина, и теперь у нее оставался последний шанс вернуться назад.

Но она продолжала идти. Пройдя через другую металлическую дверь, она вошла в большую комнату для посетителей. Многие хотели бы обняться при встрече, но охранники стояли повсюду, чтобы предотвратить поцелуи и объятия. Мэй застыла на месте, оглядываясь вокруг. Как раз когда она уже собиралась попросить охранника помочь ей, она увидела мужчину, идущего к ней.

Он сильно походил на Мартина. Он был старше и более худым, слегка сгорбленный, но у него были те же замечательные ярко-голубые глаза Картье. На его лице сохранялось настороженное, растерянное выражение, когда он приблизился к Мэй. Как и на всех других заключенных, на нем был мешковатый оранжевый комбинезон, но тюремная одежда не могла скрыть, что он был красив, внушительного телосложения и имел довольно представительный вид. Он остановился как вкопанный и только глядел на нее. Мэй почувствовала давление, быстро нарастающее в ее груди. Но тут его глаза засветились, и улыбка Картье озарила лицо.

– Вы получили мои открытки, – сказал он.

– Да, получила.

– Ваши фотографии показывают вас не с лучшей стороны. Я видел вас в газетах…

– Вы так похожи на Мартина… У вас обоих одинаковые глаза.

– Рад с вами познакомиться. Серж Картье…

– Мэй Картье.

– Моя невестка.

Мэй услышала душевное волнение в его голосе, прежде чем он отвернулся, чтобы найти место, где можно было бы присесть. Все стулья были заняты другими обитателями тюрьмы и их семьями, но Мэй увидела, как Серж приблизился к молодому испанцу и навещавшей его женщине, сказал несколько слов, и ему освободили два жестких пластмассовых кресла.

– Одно из преимуществ солидного возраста, – сказал он ей. – Иногда все-таки молодые уважают старших.

Мэй кивнула, усаживаясь рядом. Она заметила обмен улыбками и то, как Серж говорил с молодой женщиной. Теперь, когда она была здесь, она не знала, что говорить, что она надеялась исполнить.

– Я был удивлен, когда мне сказали, будто ко мне посетитель, – заговорил Серж с франко-канадским акцентом, как и у Мартина.

– Никто не приходит повидаться с вами?

– Ох, адвокаты. Репортеры иногда. Хоккеисты время от времени. Но никто… как это… кто имеет значение. Только не родня.

Мэй кивнула.

– Как там мой сын?

– Прекрасно, – ответила Мэй. – «Медведи» побеждают. Похоже, решающие игры…

Серж покачал головой и перебил ее:

– Он внушил вам мысль, что это одно и то же? Жизнь и хоккей?

– Нет, – рассмеялась Мэй. – Но он пытается.

– Вы поддерживаете его, хотя видите насквозь?

– Я стараюсь понять его, – медленно произнесла она. – Хоккей занимал основное место в его жизни. Но я никогда не играла, никогда даже не смотрела эту игру, пока не встретила его.

– В газетах говорят, вы планируете свадьбы.

– Да, – нервно рассмеялась Мэй. – Немного непохоже на профессиональный спорт.

– Но много важнее, в конечном счете, не так ли? – заметил Серж. – Что же свело вас вместе?

Мэй неожиданно для себя рассказала ему все об авиационной катастрофе, обращении Кайли к Мартину с просьбой помочь им, о любви, которая столь быстро вспыхнула между ними и которой они оба не смогли сопротивляться. Как они поженились всего через месяц после встречи, как они соединили свои жизни, толком даже не узнав друг друга. Она оставила в стороне только видение Кайли, доктора Уитпена и свой синий дневник.

– И как обстоят дела? Вы счастливы вместе?

– По большей части, – ответила Мэй, но давление в груди усилилось. – У нас есть некоторые разногласия.

– У кого их нет? – заметил Серж. – Секрет в том, как вы управляетесь с ними. Возможно, именно поэтому эта комната переполнена. Много, много разногласий во мнениях. Мартин знает, что вы здесь?

– Нет, – призналась Мэй. – И это одно из наших разногласий.

– Только не говорите мне, что я – причина ваших ссор.

Мэй резко сглотнула.