— Лично я ему верю, — сказал Майрон.

— Угу. — Сама Клара не уточнила: верит она Куинси или нет. Принципиального значения это не имело. — Ладно, красавчик, еще созвонимся. Береги себя!

— И ты тоже!

Отсоединившись, Болитар набрал номер Джейка.

— Шериф Кортер! — ответил грубый голос.

— Джейк, это я.

— Какого хрена тебе опять понадобилось?

— Ну, приветствие просто верх изысканности! — отметил Майрон. — Надо запомнить: вдруг пригодится!

— Боже, ты настоящий зануда!

— Знаешь, никогда не понимал, почему тебя почти не приглашают на светские рауты?

Кортер высморкался. Очень громко…

— Пока твой сарказм не сразил меня наповал, говори: что нужно?

— Копии документов по делу Кросса еще не забрали?

— Угу.

— Я бы хотел встретиться с патологоанатомом, проводившим вскрытие, и детективом, который застрелил Йеллера, — попросил Майрон. — Можешь это устроить?

— По-моему, вскрытие не проводилось.

— Официально нет, но сенатор сказал, в частном порядке его все-таки делали.

— Да, верно, — признал Кортер. — С тем детективом я знаком. Его зовут Джимми Блейн. Отличный парень, но с тобой разговаривать не будет.

— Доставать его не собираюсь.

— Надо же, какое счастье!

— Просто хочу кое-что выяснить.

— Уверен, Джимми не станет с тобой встречаться. Да и зачем он тебе понадобился?

— Мне кажется, убийства Валери и Александра Кросса взаимосвязаны.

— Неужели?

Выслушав объяснения Майрона, Джейк сказал:

— Никакой связи не вижу, но, если что-то выясню, обязательно позвоню.

Кортер повесил трубку.

Майрону повезло найти место на стоянке всего в двух кварталах от отеля. Уверенно, с видом привилегированного клиента, он вошел в фойе, поднялся на третий этаж, остановился у номера триста двадцать два и постучал.

— Кто это? — мелодичным голосом пропела Диана Йеллер.

— Посыльный! — отозвался Болитар. — На ваше имя заказали цветы!

Распахнув дверь, Диана Йеллер приветливо улыбнулась. Совсем как при первой встрече… Когда вместо цветов женщина увидела лицо Майрона, улыбка исчезла. Опять-таки как при первой встрече.

— Вам нравится в отеле?

Диана даже не удосужилась скрыть свой гнев.

— Что вы хотите?

— Как же так, вы приехали в Нью-Йорк и даже не позвонили! Подобный поступок и студента бы оскорбил, не то что умудренного опытом мужчину!

— Мне нечего вам сказать! — Мать Кертиса начала закрывать дверь.

— Отгадайте, с кем я разговаривал?

— Мне все равно.

— С Люсиндой Элрайт.

Дверь остановилась. Воспользовавшись оцепенением Дианы, Болитар скользнул в номер.

— С кем? — обрела дар речи женщина.

— С Люсиндой Элрайт, одной из учительниц вашего сына.

— Я не помню его учителей.

— Да? А вот она вас прекрасно помнит и называет замечательной матерью.

— И что?

— Она считает Кертиса талантливым учеником, самым способным из тех, кто ей попадался. Мол, с ним не возникало никаких проблем, а с такой головой будущее обещало быть блестящим.

— К чему все эти разговоры? — гневно спросила Диана.

— Ваш сын не конфликтовал ни с полицией, ни со школьной администрацией, его даже после уроков не оставляли. Кертис считался одним из лучших учеников в классе, если не самым лучшим. Вы явно способствовали его успехам, были прекрасной матерью, растившей прекрасного молодого человека.

Диана отвела глаза. Возможно, хотела посмотреть в окно, вот только жалюзи оказались опущены. В номере негромко работал телевизор: крутили рекламный ролик пикапа, в котором снялся исполнитель главной роли одной из мыльных опер. Пикапы и мыльные оперы — что за гений придумал этот гремучий коктейль?

— Не ваше дело! — прошипела женщина.

— Миссис Йеллер, вы любили сына?

— Убирайтесь немедленно!

— Если испытывали к Кертису хоть какие-нибудь чувства, помогите узнать, что с ним случилось.

Во взгляде Дианы читалась ненависть.

— Хватит прикидываться! Вам плевать на моего мальчика! На деле вас интересует не он, а убийство белой девчонки!

— Может быть, но убийства Валери Симпсон и Кертиса взаимосвязаны. Именно поэтому мне нужна ваша помощь.

Миссис Йеллер покачала головой.

— Похоже, вы плохо слушаете. Я уже говорила: Кертис мертв, это никаким расследованием не изменишь.

— Ваш сын не похож на грабителя и еще меньше — на безмозглого гангстера, который стал бы разгуливать с пистолетом и угрожать полицейским. Вы воспитывали Кертиса совершенно иначе.