Уин улыбнулся и небрежно кивнул.

— Боже, Аарон, какие мускулы!

— Стараюсь поддерживать форму, — отозвался гангстер. — Спасибо за комплимент!

Мужчины продолжали целиться друг в друга, широко улыбались и даже не мигали! А вот Джессика и пошевелиться не могла. Она дрожала, как при лихорадке, на лице сохло что-то густое и липкое. Боже, это ведь мозг рухнувшего на пол Сетки!

— У меня предложение, — заявил Аарон.

— Какое?

— Ну, относительно того, как выбраться из тупика. Тебе должно понравиться.

— Выкладывай.

— Мы оба одновременно бросим пистолеты на пол.

— Пока особого восторга не чувствую.

— Я еще не закончил.

— Правда? Надо же, какой я грубиян! Прошу, продолжай.

— Мы оба убивали голыми руками, — начал Аарон, — и нам обоим это нравится. Очень нравится… В этом мире у нас практически нет равных соперников, равно как и недостижимых целей.

— И?

— Предлагаю последнее испытание. — Ухмылка Аарона стала еще шире. — Устроим настоящий мужской поединок по рукопашному бою. Ну, как тебе?

Локвуд прикусил нижнюю губу.

— Весьма заманчиво.

Джессика пыталась что-то сказать, но язык не слушался. Она стояла словно каменная статуя, а у ее ног истекала кровью неподвижная туша, еще недавно бывшая Сеткой Ли.

— С одним условием, — заявил Локвуд.

— С каким еще?

— Кто бы ни победил, Джессика будет свободна.

— Ладно, — пожал плечами Аарон. — Фрэнк все равно до нее доберется.

— Может быть, только не сегодня.

— Договорились, — кивнул гангстер, — но, пока не выясним отношения, она не уйдет.

— Встань около двери, — велел девушке Уин. — Когда бой закончится, беги.

— Ни секундой раньше, — добавил Аарон.

— А как я узнаю, что он закончился? — обретя дар речи, спросила Джессика.

— Один из нас погибнет, — пояснил Локвуд.

Не в силах унять дрожь, девушка молча кивнула.

— Процедуру помнишь? — спросил гангстер.

— Конечно.

Мужчины медленно опускали руки с пистолетами, одновременно отворачивая дула от противника. Р-раз — одновременно положили оружие на пол. Два — одновременно поднялись. Три — одновременно пнули стволы в угол.

— Готов! — улыбнулся Аарон.

Локвуд кивнул.

Противники неспешно двинулись навстречу друг другу. Улыбка Аарона казалась почти безумной. Встав в странную, среднюю между драконом и кузнечиком стойку, гангстер левой рукой поманил Локвуда.

Гладкое, лоснящееся тело состояло будто из одних мышц.

— Ты забыл главный постулат боевых искусств, — глядя на Уина сверху вниз, процедил Аарон.

— Что за постулат?

— Хороший большой боец всегда сильнее хорошего бойца-карлика.

— А ты забыл главный постулат Уиндзора Хорна Локвуда-третьего.

— И что за постулат?

— Уиндзор всегда носит с собой две пушки.

Совершенно невозмутимо Уин достал из ножной кобуры пистолет и выстрелил. Аарон пригнулся, но пуля все равно угодила ему в голову. Также как и вторая, и, насколько разобрала Джессика, третья.

Большой боец упал на ковер перед диваном. Уин подошел к нему и, осматривая неподвижное тело, поворачивал голову из стороны в сторону, словно услышавший странный звук пес.

Онемевшая от шока Джессика следила за ним во все глаза.

— Ты в порядке? — спросил Локвуд.

— Да.

Уин продолжал разглядывать труп, а затем покачал головой и зацокал языком.

— В чем дело? — спросила Джессика.

Когда Локвуд повернулся к хозяйке мансарды, на его губах играла чуть ли не скромная улыбка.

— Похоже, я не большой сторонник честных поединков.

Склонившись над неподвижным Аароном, Уин захохотал.

Джессика не желала обсуждать случившееся. Она хотела заниматься любовью, и Майрон знал почему. С теми, кто пережил насилие и смотрел в глаза смерти, такое случается. Вот она, зыбкая грань… Выходит, утверждения о «неутолимой жажде жизни» после свидания со старухой-смертью далеко не беспочвенны.

Когда оба насытились, Джесс лежала, прижав голову к груди Майрона, а ее прекрасные волосы рассыпались шелковым веером. Девушка долго молчала, и Болитар ласково погладил ее по спине.

— Ему это нравится, правда? — наконец спросила она.