Все соображения актуальны. Но если выстроить из них линию, то выходит, что оператор позвонил в милицию специально для того, чтобы после ареста Ахмада пленка попала к чекистам! Значит, и привязку к улице он подкинул не зря! Но от этого не легче.

В дверь постучали, и полковник остановил пленку.

– Михал Юрич! – влетел возбужденный Игнатов. – Только что позвонил Рогожкин! Он видел кавказцев из ресторана! С ними женщина. Рогожкин хочет дать показания!

– Где он их видел? – удивился Каледин.

– Около дома Миролюбской! К ней заходила женщина с восточными чертами, спрашивала Рогожкина. Потом села в одну машину с кавказцами. Женщина показалась им странной – заторможенной…

– Та-ак… Террористы вычислили свидетеля! – сообразил полковник. – Только не пойму – зачем им тратить время на Рогожкина, если в ресторане было полно других очевидцев?

Но сюрпризы не кончились.

– Вероятно, они запомнили друг друга лучше, чем других, – высказался майор. – Потом кавказцы высадили женщину у метро и поехали на пустырь рядом с улицей, запечатленной на ролике. Там кавказцы спустились в колодец! Рогожкин сказал, что может его найти!

– Ты с поваром давно разговаривал? – произнес Каледин, не веря в выпавшую удачу. Это бывает не часто, а потому запоминается надолго – как крупный выигрыш в лотерею! – Уверен, что он до сих пор жив?

– Пять минут назад! Рогожкин с Миролюбской ночевали у ее подруги. Я сказал, чтобы не выходили из дома и ждали нас.

– Бери Кузина, фотографию сестры чеченки, и летите к нему. Осторожнее там – повар опять всем нужен!

…Через пятьдесят минут Игнатов перезвонил начальнику и доложил:

– Рогожкин и Миролюбская уверенно опознали сестру шахидки! С чеченцами была Фатима!

– Хорошо, – не скрывал радости Каледин. – Езжайте сразу на место, попытайтесь найти люк. Если обнаружите – к вам выедет оперативно-следственная группа. Встретьте ребят, а потом в управление – зафиксировать показания. Не забывайте, что Рогожкина ищут террористы, – еще раз напомнил полковник. Но оперативники это помнили. – Подумай, как его спрятать потом.

– Можно организовать турпоездку, – сразу предложил майор. – Рядом с Лубянкой турагентство хорошее – там скидки для военных! У меня жена с сестрой путевки там дешево купили. Скажем, парень наш, военный!

– Хорошо, подумаем, – сказал Каледин и повесил трубку. От легкого «боевого» волнения он встал из-за стола, прошелся до окна. Вернулся к столу, вытащил из пачки сигарету и быстро сунул в рот. Оглядев стол, полковник хлопнул себя по карману и вытащил зажигалку. Палец крутанул колесо. Оранжевое пламя лизнуло табачную смесь.

Несмотря на то что Рогожкин с Ленкой ночевали не у себя дома, выводили повара, словно банкира, – с большими предосторожностями. Первым вышел Кузин. Капитан осмотрел подъезд и двор. Потрогал дверь под мусоропроводом – она оказалась запертой. Рацию не захватили, поэтому, закончив осмотр, Кузин позвонил по мобильному.

– Чисто! Выходите! – сказал он напарнику.

Получив подтверждение, оперативник снял пистолет с предохранителя и спрятал руку с оружием под пиджаком. Тяжесть металла давала ощущение уверенности и силы. Указательный палец нежно поглаживал спуск… Только где-то в глубине сознания – тревога. Какое бы грозное оружие ты ни держал в руке, преимущество у атакующего. А значит, нет и не может быть никаких гарантий.

Вышел Игнатов с поваром. Прапорщик Ивашов подогнал машину вплотную к подъезду. Он толкнул дверцу. Майор сел вперед. Рогожкин повалился назад.

В этот момент Кузин заметил «девятку» с областными номерами. Темная, как ночь, она въехала во двор, пробежала вдоль дома и быстро приближалась. Скрип тормозов расколол устоявшуюся тишину. «Девятка» остановилась рядом с машиной ФСБ.

Кузин помнил о «девятке» чеченцев, поэтому мир для него сузился до размеров автомобильного кузова. В ней – несколько непроницаемых оконных проемов и сплошная черная дыра, которая может легко поглотить и его, и этот мир.

Хищной рысью Кузин вглядывался в окна автовазовского изделия, готовый к неожиданностям… Или почти готовый, потому что неожиданности потому и неожиданности, что их никто не ожидал.

Несколько секунд из «девятки» никто не выходил. Капитан вытащил пистолет, передернул затвор.

– Отъезжай! – крикнул он водителю и хлопнул ладонью по крыше. Ивашов ударил по газам. Оперативная машина ФСБ взревела и прыгнула, будто собиралась взлететь. Кузин представил, как невыгодно он смотрится из подозрительной машины. Не в смысле красоты, конечно, а хорошая мишень. Оперативник действовал на опережение. Он кинулся к машине и, обежав ее сзади, рванул дверцу.

– Руки вверх! Выйти из машины! – страшно рявкнул фээсбэшник. Властный окрик должен был напугать бандитов, привести их в замешательство…