– Алло, – ответила я.

– Прости, Таня, что так долго затянул со звонком, но у меня тут свои заморочки. В общем, пробил я твоего человечка по базе, все чин чинарем – не был, не состоял, не привлекался. Короче, ску-ко-та! – Володька так и сказал это по слогам. – Пименов даже не женат. Его домашний адрес тебе нужен?

– Конечно, – сказала я и стала запоминать информацию, которую нашел для меня Киря.

– Да, он там совсем недавно зарегистрировался, а до этого в Агафоновке проживал.

– Спасибо, Володенька, – сказала я и отключилась.

– Я вижу, у тебя личная жизнь бьет ключом, – с досадой заметил Сысоев, наверное решив, что я разговаривала со своим бойфрендом. – Все-таки мне надо было обратиться в милицию. Они бы взяли отпечатки пальцев с тормозных шлангов...

– Да, пожалуй, они бы это сделали, – согласилась я. – Но дальше дело вряд ли бы продвинулось. Так мы, кажется, остановились на двадцатом номере списка. Это рекламная фирма «Розовая пантера». Что ты можешь о ней сказать?

– Это фирма Татьяны Семеновой. Думаю, она занимается организацией праздника. Следом идет ресторан «Алмаз». Надо понимать, что кухня будет оттуда. Лиля, мы с тобой так заговорились! Мне надо срочно ехать в банк. Что ты намерена еще предпринять?

– Займусь Пименовым, – откровенно призналась я. – Ты же не станешь отрицать, что это весьма сомнительный тип, к тому же в очках?

– Не стану. Но чем я ему не угодил? За что он меня ненавидит и каким образом собирается завтра отравить, если даже не будет присутствовать у Семенова? – вопрошал Сысоев, уставившись на меня, как на человека, выжившего из ума.

Впрочем, ответов он уже не ждал, а подозвал официанта и расплатился. Затем он встал и галантно протянул мне руку. Я сказала, что уйду из ресторана чуть позже. Сергей не возражал, но просил позвонить ему вечером, чтобы окончательно решить, что делать завтра. Таким потерянным я его еще не видела. Наверное, Сысоев считал, что доверил свою судьбу дилетантам, Мельникову и мне, которые не в состоянии решить его проблему. Что касается Андрея, то, может, оно так и есть, а вот я в лепешку расшибусь, но оправдаю доверие своего клиента.

Дерзай, Таня, но помни, что времени практически не осталось.

Я вышла из ресторана, села в свою «девятку» и поехала по адресу, который дал мне Киря. Наверняка Пименов был сейчас на работе, руководил уборщицами. Что ж, чистота – залог здоровья! Все должно быть чистым – полы, стены, руки, воздух, деньги, биографии... Кстати, о биографии. Не такая уж она у Николая Петровича безупречная. Связь с дочерью своей сожительницы не делает ему чести. Но мой клиент об этом не знает, так же как и не догадывается о том, что Пименов нагрел руки на продаже ворованного антиквариата, а именно семи бронзовых статуэток и коллекции монет. Спасибо огромное за них падчерице и любовнице в одном лице – Наталье Олеговне Сысоевой! Наверное, она и дальше тайком обирала мужа, увеличивая благосостояние Пименова. Возможно, она была вынуждена расплачиваться за его «отцовскую» заботу, но не исключено, что делала это добровольно. Так или иначе, но Пименов не случайно втерся в банк «Пять корон». Конечно, не просто так, а с определенной целью... И эта цель оказалась долгосрочной. Неужели он все эти годы ждал удобного момента, чтобы убрать Сысоева? Но зачем? И чем так удобен настоящий момент?

Одна моя мысль цеплялась за другую, порой связь была чисто символической, но в итоге я пришла к очень смелому выводу – Пименов мечтает войти в состав совета директоров банка «Пять корон». Это логическое измышление развивать дальше мне уже не хотелось, потому что в своих фантазиях я могла зайти очень и очень далеко. Надо было остановиться и чем-то подкрепить свою последнюю версию. Я очень рассчитывала на показания соседей Николая Петровича. По крайней мере, они должны были добавить несколько штрихов к психологическому портрету моего подозреваемого. Хотелось бы точно знать, с кем придется иметь дело.

Со слов Лили Томич я знала, что это весьма порочная личность. Сысоев добавил к этой характеристике не так уж и много – странный тип, малообщительный, но безупречно выполняющий свои должностные обязанности со дня основания банка. Что я сама могла сказать об очкарике? Очень мало. Наша мимолетная встреча в коридоре банка не оставила особых впечатлений, но чисто внешне Пименов вызвал у меня скорее антипатию, чем симпатию. Что же дополнят к этому соседи?

Оказалось, что Николай Петрович проживал в Ленинском районе в новенькой девятиэтажке типовой планировки. Прозвонив несколько соседних квартир, я никого не застала дома. В голове прочно засела мысль о том, что этот дом начал заселяться совсем недавно, поэтому не все жильцы еще переехали сюда. Поднявшись на этаж выше, я увидела открытую дверь в одну квартиру. Там полным ходом шли отделочные работы – бригада «ух» клеила обои. Правда, в тот момент, когда я взяла на себя смелость переступить через порог и заглянуть в комнату, трое парнишек курили и травили анекдоты.

– Ой, хозяйка пришла! – воскликнул один рабочий и демонстративно схватил с пола рулон обоев.

– Это не хозяйка, – заметил другой строитель. – Та блондинка. Девушка, а вам кого? Квартиркой, наверное, ошиблись? Что ж, бывает...

– Нет, не ошиблась. Я тут к вашим соседям пришла, этажом ниже, а там никого нет. Вы случайно не знаете – они уже переехали?

– Пока не переехали, – ответил парень и прижал к себе рулон. – Отделку мы им уже забацали, осталось дело за мебелью.

– Ясно, – сказала я, топчась на месте и не зная, что делать дальше.