Прокрутив в голове все обстоятельства, я пришла к выводу, что в какой-то момент слишком хорошо подумала о Наташке. Нет, она однозначно писем не писала, но была в теме! Скорее всего, она даже специально завязала романчик со Славой Семеновым для того, чтобы через него узнать подробности о банкете. Естественно, присутствовать там ей не было никакого резона, так же как и Пименову. Что касается Степаниды, то эта грозная женщина не чуралась черной работы. Ей была отведена роль исполнителя. «И только?» – спросила я вдруг себя.

Рассказ строителей о супертребовательной хозяйке заставил меня взглянуть на Александру Степановну по-другому. Эта женщина явно претендовала на главную роль. Исполнитель – это, как правило, пешка, а замашки у Степаниды были поистине королевские. Из пешки – в дамки, не тот ли это случай? Что поделаешь, если внешность лишает женщин равенства от рождения. Красавицам можно ничего не делать и быть всегда на высоте, а дурнушкам надо самоотверженно за все бороться. Похоже, Александра Степановна привыкла к тому, что путь к счастью надо пробивать силой. Теперь она взялась за очень рискованное мероприятие. Наверное, оно, по ее понятиям, того стоит. Что же она получит в итоге? Не удивлюсь, если только мужа-банкира. А как же Наталья? Да, интересный треугольник...

Задумавшись, я не заметила, как на крыльце ресторана появились две девушки в белых кружевных чепчиках – то ли официантки, то ли посудомойщицы. Они курили, болтая и периодически заливаясь громким смехом. Мне очень захотелось пообщаться с ними. Выйдя из машины, я не спеша подошла к работницам общепита и спросила:

– Вы не подскажите, Александра Степановна сейчас здесь?

Девицы окинули меня недовольными взглядами. Наверное, я помешала их задушевной беседе.

– Уехала, – процедила сквозь зубы совсем молодая девчонка, лет восемнадцати, и выпустила изо рта колечко дыма прямо на меня.

Надо сказать, сигаретки у нее были очень дешевые, поэтому я невольно поморщилась и отмахнула дым рукой. Вторая, глядя на мою реакцию, усмехнулась и повторила подвиг своей коллеги, пустив на меня сизое облачко из своего рта. Культура этих девиц была явно не на высоте, но разве это моя проблема?

– А когда она будет? – уточнила я, дабы оценить, успею ли я испить кофейку.

– Она нам не докладывает, – сказала другая, постарше, скривив губы от неудовольствия.

Мне показалось, что она не испытывает благоговения перед своим начальством. Впрочем, это меня и не удивило.

– Извините, а вы случайно не будете завтра банкет на выезде обслуживать?

– Не-а, – протянула первая, – я завтра отдыхаю, и так две недели без выходных отпахала.

– А вы? – обратилась я ко второй.

– А в чем проблема? Скажут поехать – поеду, не скажут – здесь работать буду, – фыркнула вульгарно накрашенная девица.

– Кать, уже не скажут. Кому надо, всех еще вчера предупредили, – прояснила обстановку ее коллега.

– Значит, не буду, – ответила девица, уставившись на меня вызывающим взглядом, и поднесла ко рту сигарету.

Я увидела под ее ногтями грязь, и у меня сразу пропало желание баловаться кофейком в этом сомнительном ресторане с названием «Алмаз». До его блеска здесь наверняка было очень далеко. Интересно, почему Семенов остановил свой выбор именно на этом заведении? Уж не Пименов ли ему присоветовал? Это очень неосмотрительно с его стороны.

Сев обратно в машину, я снова почувствовала, что теряю нить расследования. Что же предпринять дальше? Почему-то самым разумным решением мне показалось повторить попытку того, что я не смогла сделать вчера вечером и сегодня утром. Да, ситуация настоятельно требовала поговорить по душам с Машей Сысоевой. Я повернула ключ зажигания и поехала в сторону ее дома.

Битый час я сидела в машине и ругала себя за беспомощность. Конечно, можно было разузнать у жильцов дома, в какой квартире живут Сысоевы, но заявиться туда вслепую было бы верхом неблагоразумия. Никакой гарантии того, что девочка сейчас дома, к тому же одна, не было. Оставалось надеяться только на чудо.

Еще через полчаса мои ожидания были вознаграждены. Я увидела... нет, не Марию, а ее подружку, с которой она вчера сидела на скамейке. Теперь эта девчонка шла домой, причем одна. Я вышла из машины и преградила ей дорогу:

– Можно тебя на минутку?

Девчонка остановилась передо мной в нерешительности.

– У меня к тебе есть одна просьба. Я знаю, что ты дружишь с Машей Сысоевой. Ты не могла бы вызвать ее на улицу? Мне надо с ней поговорить.

– Тетенька, а вы сами как думаете – могу я ее позвать или нет? – с явным вызовом сказала девчонка.

– Да, я понимаю, и дома, и в школе учат, что нельзя доверять незнакомым людям. Я тоже так думаю, но меня бояться не надо...

– А почему я должна вам верить?