Спасти жену… в обмен на жизнь Меланты.

Тупо глядя на нож, он похолодел, впервые это осознав. Ведь именно это и произойдет, если обратиться к серым.

Если они нападут на убежище Николоса и найдут Меланту, она погибнет.

А ему придется все рассказать Кэролайн.

Роджер тихонько выругался, бросил нож на сиденье и повернул ключ зажигания. Он слишком устал, чтобы распутывать клубок этических вопросов; слишком устал, слишком напутан, слишком потрясен. Он не просил их впутывать его в чужую войну, ему все равно не разобраться во всем. Ясно одно — Кэролайн в опасности, и он сделает все, чтобы вызволить ее. И если это будет стоить Меланте жизни…

Он тряхнул головой, отказываясь закончить мысль даже наедине с самим собой. Роджер вырулил задом с парковки и снова выехал на скоростную дорогу. У Торвальда Грея, художника из Гринич-Виллиджа, сегодня будет гость.

Воины усадили Кэролайн на диван, один остался рядом, другой наблюдал за горящим креслом, по мере необходимости подпихивая его в глубь камина. К тому времени, как с креслом было покончено, к ним присоединились еще два воина. Все четверо распределились по комнате и стояли как манекены. Все молчали, никто не отвечал ни на ее вопросы, ни на замечания, но она улавливала их речь, из чего было ясно, что они общаются между собой более чем оживленно. Она вздохнула почти с облегчением, когда один объявил, что командир группы готов принять ее.

В окружении четырех воинов она отправилась через лес. Вокруг уже было темным-темно, и сразу пришла мысль о побеге. Но разум быстро взял верх. Вряд ли зеленые позволят одурачить себя дважды, а уж бродить впотьмах в незнакомом лесу просто бессмысленно.

Кроме того, уже после первых шагов стало ясно, что ее конвоиры видят в темноте гораздо лучше, чем она сама. Они шагали по неровной местности с небрежной уверенностью, а она то спотыкалась, то отмахивалась от веток, бьющих по лицу. Несколько раз она чуть не упала; наконец один из воинов взял ее за руку и повел в темноте, как слепую.

Но если видела она плохо, то звуки с лихвой восполняли картину. Вместо обычного пения птиц и шуршания насекомых слышался хруст кустарника и голоса на непонятном языке.

Когда они, наконец, добрались до главного дома, Кэролайн несказанно удивилась — это было огромное строение в три этажа, широко раскинувшее два крыла на широкой ухоженной лужайке. Все окна были ярко освещены, в них то и дело мелькали человеческие фигуры. В темноте было трудно определить тип здания, но по конструкции и расположению окон она догадалась, что дом гораздо старше хибары, возможно даже конца девятнадцатого века.

Конвой провел ее по ступенькам широкого крыльца к двери, обрамленной затейливыми окнами и увенчанной столь же затейливой полукруглой фрамугой. Далее располагался просторный холл с высоким потолком и роскошным паркетным полом, украшенный резными колоннами. Один из воинов подошел к двустворчатым дверям слева.

— Сюда. — Он открыл одну из створок. — Командир группы ждет.

— Спасибо, — нетвердым голосом ответила Кэролайн. Она прошествовала мимо воина и вошла в дверь.

И остановилась как вкопанная. Комната оказалась библиотекой, по всем стенам тянулись книжные полки, заставленные темными томами разного размера. Посреди комнаты, освещаемой напольными светильниками, красовался массивный дубовый стол с тремя старинными креслами.

Но не обстановка или сама комната поразили ее. Скорее, единственный находившийся там человек.

— Добрый вечер, Кэролайн, — спокойно обратилась к ней седовласая женщина. Мягкий свет ламп подчеркивал глубокие морщины на лице. — Я командир группы Сильвия Грин. — Она чуть улыбнулась. — Насколько я понимаю, вы не меня ожидали увидеть?

Кэролайн обрела дар речи.

— Извините. За последние несколько дней я много слышала о воинах зеленых. Думаю, я просто решила, что все они мужчины.

Женщина пожала плечами.

— Дар выбирает нас. — Она поднялась и указала на одно из кресел. — Не мы выбираем. Прошу садиться.

— Спасибо. — Кэролайн сдвинула брови, вспоминая, где она слышала имя командира. — Вы сказали, вас зовут Сильвия?

— Та самая Сильвия, которую ваш муж встретил в квартире Александра, — подтвердила женщина. — Полагаю, это был ваш следующий вопрос?

— Да. — Кэролайн села в кресла. — Надеюсь, вы не очень сердитесь, что Роджер сбежал.

— Это представляет некоторое неудобство, — признала Сильвия, усаживаясь. — Но едва ли угрозу. Он ничем не сможет нас побеспокоить.

— Вот как, — вежливо ответила Кэролайн. — Почему же тогда ваши люди так суетятся?

— Суетятся?

— Там шум в лесу.

— А, это. Они просто делают так, чтобы ваш домик исчез.

— Они… что?

— Не буквально, конечно, — пояснила Сильвия. — Вы, возможно, заметили, что дорога, по которой вы сегодня ехали, очень узкая. Трудящиеся просто сметают гравий на развилках и высаживают там кусты. Даже если Роджер найдет кого-то, кто согласится его выслушать, то, вернувшись, обнаружит, что проселков, которые он описал, не существует.