Он и сам уже сомневался, что все будет хорошо. Внезапно Гордон ощутил непонятный иррациональный страх за ребенка.

На обочине шоссе Черного Каньона в сторону Рэндолла стоял человек. Он стоял здесь уже несколько часов и насквозь пропотел во влажной духоте позднего лета, но пятна под мышками и на спине были не видны под дорогим пиджаком. Как всегда, на своем месте был и тугой узел галстука. Рядом с ним, на земле, стоял голубой "самсонайт" - дорожный чемодан с одеждой, зубной щеткой и прочими индивидуальными принадлежностями. Сверху, на чемодане, лежали фотоальбом и пачка религиозных брошюр. В руке человек держал экземпляр пересмотренного стандартного издания Библии.

На шоссе, впервые за час, показался додж-пикап, и человек заученным движением вытянул руку с поднятым большим пальцем. Водитель промчался, даже не взглянув на него.

Другой грузовик, ехавший вслед за первым, также промчался мимо, но потом вдруг резко затормозил и через несколько ярдов остановился. Шофер высунулся из кабины, посигналил и помахал рукой. Человек подхватил свои вещи и трусцой поспешил к грязноватому видавшему виды грузовику. Открыв пассажирскую дверцу, он улыбнулся шоферу с курчавой бородой, одетому в красную футболку и желтую шляпу с надписью "кэт".

– Спасибо, сэр.

Водитель кивнул и смахнул на пол газеты с сиденья, давая место попутчику.

– Как вас зовут?

– Зовите меня брат Элиас.

– Брат Элиас?
– фыркнул шофер.
– Что это за имечко такое?

– Я проповедник живого Евангелия Господа, завещания его Славы, и это имя, под которым я известен его последователям, - пояснил человек, устраиваясь на сиденье и закрывая дверцу машины.

Водитель включил передачу и выехал обратно на дорогу.

– Проповедник, значит? Я сразу догадался, что вы не обычный хич-хайкер [2] . Это было понятно по вашему костюму. Честно сказать, только поэтому я и решил подхватить вас. Обычно я никогда не останавливаюсь, разве что когда вижу знакомых или у кого-то машина сломалась. В наши дни на дороге всякие люди попадаются. Никогда не поймешь, кого можешь посадить. Некоторые могут и пришить не моргнув глазом.
– Он протянул брату Элиасу широкую мозолистую ладонь.
– Тим Макдауэлл, будем знакомы. Работаю на лесопилке в Рэндолле. Ездил собирать заказы в Харгрейв. Не доводилось бывать в Харгрейве?
– обернулся он к попутчику.
– Небольшой городишко в Коконито. Вряд ли там больше полсотни жителей, а добраться туда можно только по одной проселочной дороге, которая петляет вдоль скал, стерва.
– Внезапно смутившись грубого слова, он сконфуженно улыбнулся.
– Прошу прощения.
– Несколько миль они проехали молча. Шофер, не выдержав, кашлянул.
– Какие дела вас подняли в дорогу?

Брат Элиас, не отрывая взгляда от шоссе, ответил кратко:

– Служение Господу.

Тим кивнул, улыбнулся и вновь погрузился в молчание. Следующий раз надо быть поумнее и не брать попутчиков. Никаких. Даже тот, кто выглядит нормально и респектабельно, в наши дни может вполне оказаться психом. Краем глаза он поглядел на брата Элиаса. Священник с непроницаемым лицом сидел прямо, уставившись в лобовое стекло и сложив руки на Библии, которую держал на коленях. Тим покачал головой. Сам виноват. Он же захотел подвезти этого клоуна. Теперь надо проявлять любезность. Проехав молча еще несколько миль, он обернулся к священнику.

– Значит, просто путешествуете? Автостопом? По мне так проще завести свою церковь и сидеть на одном месте.

– Я еду туда, где во мне нуждаются, - сказал брат Элиас.

– И куда же сейчас? В Рэндолл? Брат Элиас молча кивнул.

– Вы думаете, Рэндолл пора спасать? Брат Элиас кивнул еще раз.

– По мне так есть куча других мест похуже Рэндолла. Лос-Анджелес, к примеру. Чертово место, полно всяких хиппи, панков, гомиков, сами знаете. Прошу прощения.
– Тим снова кашлянул, поймав себя на недобром слове.
– А как же вы выбираете, куда ехать? Почему вы решили, что Рэндолл - то самое место, которое настала пора спасать?

– Я видел грядущего дьявола, - ответил брат Элиас.
– Мне было видение. Господь показал мне грязь сатанинской порчи и лицо его Зла. Он показал мне пути, которыми противник Его восторжествует в этом новом Вавилоне. "И воскликнул он сильно, громким голосом говоря: пал, пал Вавилон, великая блудница, сделался жилищем бесов и пристанищем всякому нечистому духу". Откровение, глава восемнадцатая, стих второй. Господь послал меня сразиться с этим Злом Его святым словом и учением Иисуса Христа нашего Господа и Спасителя.

Тим ничего не ответил священнику. Он промолчал, внимательно глядя вперед, где двухполосная дорога изгибалась, прячась в лесистом каньоне, и мысленно обругал себя еще раз за то, что подобрал этого человека. Брат Элиас - явный псих. Не садись играть с чертом, все равно проиграешь, как любил говорить отец. Это научит его не сажать в машину никаких хайкеров. Не важно, как они выглядят. Рискнув еще раз взглянуть на проповедника, Тим увидел, что тот опять с непроницаемым лицом уставился на дорогу. Тим передернул плечами и придавил педаль газа. Стрелка подползла к шестидесяти пяти.

Они миновали каньон и уже ехали по грунтовой дороге, которая вела к домику лесничего. Теперь вплоть до самого Рэндолла будет сплошной лес, и Тим включил радио, чтобы хоть немного скрасить путь и снять напряжение от молчания. Пытаясь поймать прилично звучащую станцию, он посмотрел на проповедника, но брат Элиас никак не отреагировал. Тим решил, что тот не возражает против звука, и оставил музыку. Через несколько минут проповедник прикрыл глаза.

Они были уже почти на окраине города, когда брат Элиас вдруг проснулся.