Шрифт:
Побледневший Гордон мог только молча кивнуть.
– Но это еще не все. Дон сказал мне, что после того, как эти твари убили семью Селвэй, они поставили самого отца Селвэя на колени перед огнем и приказали поклониться его новому богу. Из пламени появилось нечто огромное, с рогами, как сказал Дон, напоминающее дьявола, и Селвэй вошел в огонь.
– Он помолчал.
– Останков Селвэя мы не нашли. Дон сказал, что и не найдем никогда.
– Потрясающая история, - проговорил отец Эндрюс.
– Вы ждете, что я в нее поверю?
– Во что именно вы не можете поверить?
– С чего мне начать?
– вопросом на вопрос ответил священник, взглянул на шерифа и вздохнул.
– Ну хорошо. Во-первых, представление о дьяволе как существе с рогами, хвостом и вилами идет от художников и беллетристов. На самом деле, нет никакого теологического базиса...
– Вы хотите сказать, что Библия дает детальное описание всех и каждого из упоминаемых демонов, и ни у одного из них нет рогов?
– Разумеется, нет. Конкретных описаний чрезвычайно мало.
– Тогда дальше.
– Но корреляция возникающих во сне образов с действительностью не является буквальной. Вряд ли возможно установить четкое соотношение между конкретными предчувствиями и тем, что происходит в реальности.
– Сделайте одолжение, - поднял руку шериф.
– Допустим, мальчик действительно видел то, что происходило. Что тогда?
– Я...
– Примите еще во внимание, что несколько церквей подверглись осквернению и измазаны козьей кровью, кровью тех коз, которые были жестоко умерщвлены в близлежащих фермерских хозяйствах, были убиты двое фермеров, и подобные вещи стали происходить во всем штате. Прибавьте сюда ваш собственный опыт, исчезновение троих подростков и такую мелочь, как кошка Гордона. Что получится?
– Вас интересует мое официальное мнение как представителя епископальной церкви или мое личное?
– Ваше личное мнение. Откровенное мнение.
– Я не знаю, - ответил отец Эндрюс.
– Но вы меня напугали.
4
Когда Гордон вылез из машины, Марина уже спускалась по ступенькам крыльца навстречу.
– Что ты так долго?
Гордон поцеловал ее в губы и слегка пожал плечами.
– Узнал что-нибудь у шерифа?
– Нет. Ничего нового.
– Вот подлец. Будь я проклята, если проголосую за него еще раз. Пальцем о палец не хочет ударить, чтобы установить, в чем дело.
– Он старается, - заметил Гордон. Марина сделала шаг назад, вздернула брови и сложила на груди руки.
– И что же он сделал? Поведал жалостную историю о том, как много у него работы?
– Нет, - улыбнулся Гордон.
– А почему же ты торчишь у него?
– Сейчас много чего происходит. Он занят.
– Владу это не поможет.
– Марина сердито вскинула голову, развернулась и пошла к дому.
– Слушай, давай не будем сейчас об этом, - проговорил Гордон, идя за ней следом. В руке у него оказался увесистый сверток из плотной коричневой бумаги. Он пошуршал, и Марина обернулась на звук.
– Я купил замки.
– Уже кое-что, - без особого энтузиазма откликнулась она.
– Хочу поставить, чтобы больше не думать, что к нам кто-нибудь может залезть.
– Вот и займись. А я займусь ужином, - сменила гнев на милость Марина.
Ближайший час он провел в занудной работе по установлению замков на окна. Когда он добрался до последнего, кухонного окна, Марина позвала к столу. Он отмахнулся, сказав, что осталось немного, и начал торопливо вкручивать последние шурупы.
Вернувшись в дом, он вымыл руки на кухне. Марина поставила на стол большую миску с салатом и две чашки мясного супа с овощами. Похоже, она уже забыла о недавнем недоразумении.
– Ну, - спросила она, раскладывая столовые приборы, - и как же эти замки работают?
– Просто, - ответил он, усаживаясь.
– Толкаешь задвижку, когда закрываешь окно, и тянешь на себя, когда открываешь.
– А почему ты их поставил снаружи?
– Сам замок находится внутри, хотя ты и будешь запирать его снаружи.
Зазвонил телефон, и они переглянулись. Обычно на телефонные звонки во время ужина они не отвечали, но сейчас Гордон не хотел упустить ни единого шанса.
– Возьму, пожалуй, - сказал он. Марина кивнула.
Через пару минут он вернулся на кухню, явно смущенный.
– Брэд, - пояснил он и почесал затылок.
– Просит помочь ему вечером.
– Ничего себе!
– вскинулась Марина.
– Уже седьмой час!
– Последние дни в связи с нашими происшествиями он отпускал меня раньше...