Вернувшись на козлы, Фосулл обдумал свое открытие. Это был джатти, вот в чем дело. Никакой человек-не-с-болот не может быть таким большим. Но... почему же он преследует повозку с вином?

И преследует ли он именно повозку с вином? Да, нет сомнений, что джатти следует за телегой, но это ли его истинная цель? Джатти не слишком часто покидают свою деревню и почти всегда втроем, вчетвером, чтобы поймать случайных путников из числа людей-не-с-болот. Почему же здесь, так далеко от дома, оказался один-единственный джатти?

Тут Фосулл припомнил следы, что он увидел, когда впервые обнаружил колею фургона. Там были джатти, в той же повозке, что и его сын.

Нет сомнений. Кто-то из великанов идет выручать своих.

Фосулл улыбнулся, на этот раз во весь свой острозубый рот. Ладно. Возможно, удастся обратить это себе во благо. А если нет, то хотя бы попытаться добыть кусок мяса для общего котла. Если он и Вилкен поспешат, мясо не успеет протухнуть.

Приятная мысль.

Первым знамением того, что они догоняют караван, были тыловые стражники, что с поднятыми пиками вились вокруг, разглядывая фургон Дэйка. Вряд ли этот отряд можно было назвать внушительным, но солдаты были прекрасно экипированы, руки и ноги их были защищены прочной кожей, поверх тонких ворсистых рубах они носили блестящие, смазанные кольчуги, а на широких поясах болтались круглые щиты из нескольких слоев сыромятной кожи. У каждого в ножнах на левом бедре покоился короткий меч, в руках же они держали тонкие копья с обоюдоострыми наконечниками, более подходящие для всадника, нежели пешего, но достаточно легкие и короткие, чтобы свободно орудовать ими. Все были обуты в прочные, добротные сапоги. Дэйк, кому время от времени приходилось иметь дело с подобными вещами, сразу увидел, что хозяин этих людей не скупится, когда речь идет об амуниции.

– А ну стой, погонщики. Куда торопитесь?

Дэйк вежливо ответил на вызов, прозвучавший из уст того, кого он принял за вожака шестерых стражников, - приземистого, кривоногого малого с рыжими волосами, красной рожей, да еще косоглазого.

– Мы направляемся в Шадизар.

Косой посмотрел на своих людей, потом снова на Дэйка.

– Ну, это похоже на правду, коли уж ты едешь по Шадизарской дороге. С какой целью?

Дэйк отвечал все так же спокойно, но уже менее вежливо:

– По делу.

– Какому такому делу?

Далеко не бесконечное терпение колдуна почти иссякло.

– Моему делу, пехотинец, моему, а не твоему.

Косой, похоже, был совершенно ошеломлен. Он поморгал, какое-то время переваривая ответ Дэйка, согнал невидимую мошку и почесал подбородок.

– Что ж, как бы то ни было, мы обязаны осмотреть фургон.

– На каких основаниях?

Косой ухмыльнулся и покачал своим копьем:

– Да на том, что ты мишенью станешь, если попробуешь нам помешать, понял?

Злобная усмешка исказила лицо Дэйка.

– Что ж, раз вам так хочется, проверяйте.

Косой запыхтел и через плечо ухмыльнулся своим людям; те закивали. Он вновь посмотрел на Дэйка:

– Случаем, женщин у тебя там нет?

– Так уж случилось, что есть! Трое.

– Слышите, парни? Бабы!

Ответом ему был радостный гогот и похабные шутки.

Когда рыжий воитель решительно направился к задам фургона, Дэйк перегнулся на козлах и через скрывающую пассажиров холстину тихо сказал:

– Конан, там, сзади, сейчас полезет уродливый коротышка. Оглуши-ка его. Только постарайся не убить.
– Рядом с Дэйком радостно оскалился Крэг.

– А вам, остальным, там, на дороге, еще пять болванов. Когда Конан вырубит одного, вы поспешите туда и схватите остальных. Они вооружены, так что поберегитесь копья или меча. Хочу получить их живьем, если получится.

Дэйк понимал, что рискует, но весьма незначительно. Он будет очень удивлен, если пятеро не пустятся наутек при одном виде тех, кто появится из фургона. Тэйли одна способна перепугать до смерти большинство мужчин; в сочетании же с прочими... да уж, лишь истинный храбрец отважится сразиться с ними.

Там, за фургоном, исходящий похотью косой потянулся ко входу.

Следы фургона были совсем свежими, но на дороге, судя по всему, недавно было куда более оживленное движение. Фосулл несколько раз останавливал свою винную телегу и слезал, дабы осмотреть различные колеи и следы; он сделал вывод, что здесь прошло множество телег, лошадей, пешеходов незадолго перед шестиколесной повозкой. Что до последней, то ее следы были глубже остальных, а колеса имели характерные выбоины и насечки, уже хорошо знакомые Фосуллу.