– В каком смысле?

– Я объясню. Стрельцов занялся бизнесом. Создал торгово-закупочную организацию, и под её прикрытием стал размещать заказы на научно-технические разработки. Голодные науч-ные сотрудники легко соглашались на его предложения, поскольку он хорошо и вовремя пла-тил. Однако по условиям договора с ним ни один из сотрудников не имел права впоследствии публиковать или как-то ещё использовать результаты своих работ. Все изобретения, про-граммное обеспечение, данные экспериментов уходили за границу, где на них уже имелся по-купатель. Таким образом, выступая в роли посредника, Стрельцов наживается на чужих умах.

– Не вижу здесь особого криминала, - сказал Зак.
– До тех пор, пока у нас не научатся ценить интеллектуальный труд, это будет продолжаться и продолжаться. И научников тоже можно понять: кушать-то хочется.

– Правильно, - согласился Князев.
– Я тоже не принадлежу к ура-патриотам и осоз-наю, что эта проблема решаема только на серьёзном государственном уровне, и если власти не хотят её решать, то должны и смириться с неизбежностью утечки умов. Однако размещени-ем заказов Герасим Стрельцов не ограничился; он занялся выведыванием государственных секретов.

– Это... круто!..
– высказался Зак.
– В шпионы, получается, пошёл? А что, ФСК им не занималось?

– Занималось, - ответил Князев, - но безуспешно. Ни в одном из известных случаев Стрельцова не удалось схватить за руку. Каждый раз он выходил чистеньким, подставив вме-сто себя других, порой с ним совершенно не знакомых, людей. Так было и в деле о самоубий-стве академика Абрамянца... И если бы не это самоубийство, вряд ли бы мы с вами сейчас си-дели здесь и разговаривали.

– Даже так?
– Сергей Фёдорович отложил молоток.
– Вкратце не расскажите?

– Расскажу. Почему бы не рассказать? Академик Абрамянц был одним из ведущих спе-циалистом в области материаловедения. Он закончил МЭИ и долгое время работал на "обо-ронку", занимался высокопрочными сплавами. Сюда его направили руководить кафедрой ма-териаловедения, созданной с целью подготовки кадров и проведения исследовательских работ для предприятия "Светлый путь" - слышали о таком?

Зак утвердительно кивнул.

– Материаловедение не является точной наукой, - продолжал Князев. Оно развива-ется буквально на ощупь. Причём, недостаточно знать химический состав того или иного спла-ва: физические свойства материала могут изменяться в зависимости от способа обработки, от выбора методов закаливания, искусственного старения. И вот здесь угадать, что получится в результате, можно только после проведения большого количества дорогостоящих опытов. По-нятно, что технологии изготовления современных сплавов являются одним из наиболее охра-няемых государственных секретов. Принципы действия атомной бомбы знает каждый школь-ник, но не каждое государство имеет атомную бомбу. Из-за отсутствия технологий по изготов-лению материалов, в том числе.

Герасим Стрельцов получил от своих заокеанских партнёров заказ на разработку такой технологии. Порывшись в архивах, он обнаружил, что сплавом с требуемыми характеристиками занимался непосредственно академик Абрамянц. Не долго думая, Стрельцов пошёл к акаде-мику и предложил ему сделку. Абрамянц, который всегда был человеком законопослушным, отказался передать Стрельцову данные, сославшись на то, что гриф секретности с разработок ещё не снят, а значит, разглашение этих сведений является государственной изменой. И тогда Стрельцов предпринял очень хитрый маневр. Использовав давнюю утечку информации из ла-боратории Абрамянца, он организовал несколько публикаций в открытой печати и в сети "Inter-net", с помощью которых доказал академику, что эта тема в настоящий момент уже не являет-ся закрытой. И академик, этот добрейший и честнейший человек, купился на дешёвую провока-цию. Он передал Стрельцову результаты своих работ.

Через месяц к Абрамянцу пришли сотрудники ФСК. Пока с разговором. Он не стал дожи-даться продолжения, отправил жену и младшую дочку на дачу, заперся в ванной и вскрыл себе вены. Предсмертной записки он не оставил.

– Вы так рассказываете, Ефим Алексеевич, будто сами присутствовали при разговоре Стрельцова с Абрамянцом, - заметил Сергей Фёдорович.

– К сожалению, не присутствовал, - сказал Князев печально.
– Иначе сумел бы убе-дить академика не поступать так, как он поступил. Но я читал материалы следствия и сумел увязать одно с другим. И на этом я не остановился. Узнав, что дело о самоубийстве прекраще-но, я решил заняться частным расследованием. Я выяснил механику предательства, но по-скольку прямых улик, указывающих на Стрельцова, собрать мне не удалось, я решил восполь-зоваться его же оружием, то есть устроил провокацию. Однако судьбе было угодно распоря-диться таким образом, что моя провокация и проблемы Стрельцова, связанные с убийством криминальных авторитетов, совпали по времени. Это совпадение в конечном итоге и привело к тому, что мы находимся сейчас здесь.

– Понимаю, - кивнул Зак и вернулся к прерванному занятию укрепления ставен.
– А скажите, Ефим Алексеевич, как велика вероятность того, что мы миром разойдёмся со Скобли-ком?

– Не думаю, что такая вероятность вообще существует. Скоблик наверняка не захочет оставлять свидетелей и сделает всё, чтобы мы замолчали.

– С крышей закончено!
– доложил Артемьев, появляясь в гостиной.

– Сейчас проверю, - сказал Ефим, запуская новый тест.

На экране появился абрис крыши, на нём одна за другим зажглись восемь отметок и над-пись: "Тест прошёл успешно. Повторить - R. Выйти - Esc". Князев нажал на клавишу "Esc" и сказал Кириллу:

– Теперь - южная сторона. Возьми двенадцать петард, установишь их у забора. Вот тебе схема.

Из лазерного принтера вылез лист бумаги с планом и Артемьев, забрав его и что-то вор-ча себе под нос, удалился выполнять задание.

Ещё через час напряженных работ по подготовке дома к возможному нападению Князев утёр наконец трудовой пот и сказал Заку, кивнув на телефон:

– Прошу вас, Сергей Фёдорович. Ваше время пришло.

Зак посмотрел на часы (было без пяти полночь), кивнул и потянулся к телефону. Набрал подсказанный Князевым номер. На пятом гудке Скоблик откликнулся: