Но заклинания Колдуньи были бессильны против любимцев божества. «Крабий» яд начал действовать, и женщина-рашеми упала на пол, корчась в страшных судорогах. Мгновения спустя она затихла. «Крабы» посыпались прочь, уменьшаясь на ходу и исчезая в крошечных трещинках меж камней.

Лириэль застыла, как замороженная, поводя глазами в ожидании следующего хода упрямой богини темных эльфов. Минуты шли, но ничего не происходило. Она потерла ладонями лицо, как человек, пытающийся очнуться от ночного кошмара, и подошла к мертвой хранительнице.

Ей вспомнились слова, сказанные Фиодором многие месяцы назад.

Кара за убийство вичларан – смерть.

Едва успев ступить на родную землю берсерка, она уже заслужила смертный приговор.

Должен быть какой-нибудь выход, какой-нибудь способ остаться рядом с Фиодором, пока он будет возвращать Летящий На Крыльях Ветра, и своими глазами увидеть землю, о которой он рассказывал ей. Но как она может это сделать, если с самого начала совершила преступление, которое не прощается? И бесполезно клясться, что смерть Колдуньи стала результатом вмешательства Ллос. Рашеми, обнаружив тело, скорее всего, убьют дроу на месте, не дожидаясь объяснений.

Взгляд ее бесцельно скользил по скорчившемуся на земле в смертельной агонии телу Колдуньи. Маска, прикрывающая лицо, съехала набок, волосы растрепались, пальцы свело судорогой – результат действия «Крабьего» яда, проникшего в кровь.

Лириэль смотрела на труп, и в глубинах ее сознания начала зарождаться идея. Она едва заметила, что Фиодор подошел к ней и что глаза его стали огромными, когда весь ужас случившегося начал доходить до него. Она на миг зажмурилась, чтобы не видеть этого. И в мгновенной тьме семя изощренного плана дроу проросло и дало всходы. Лириэль открыла глаза.

– Я могу стать ею.

– Что? – Рашеми недоуменно уставился на нее.

– Я могу изменить внешность и стать ею. Ну-ка, помоги. – Руки Лириэль уже вовсю трудились, выполняя задуманное. Она принялась торопливо снимать одежду с мертвой женщины.

Фиодор потряс головой, словно человек, отгоняющий кошмарный сон.

– Ты не можешь! – ужаснулся он. – За попытку притвориться Колдуньей полагается смерть!

– Я уже убила Колдунью, – напомнила она. – Ты как-то говорил, что за это карают смертью. Хуже уже не будет.

Фиодор тяжело, безнадежно вздохнул.

– Даже в ее одеянии ты все равно останешься дроу. Среди Колдуний нет темных эльфов.

– Теперь нет, – возразила Лириэль. – А сестра Квили?

Рашеми смотрел на нее, не понимая.

– Разве ты не помнишь, что говорила мне Квили? Ее сестра Сайлуни училась у Колдуний Рашемена.

Лицо его чуть прояснилось, когда он сообразил, о чем она говорит, Лириэль предположила, довольно логично, что раз Квили дроу, сестры ее тоже должны быть темными эльфами. Но прежде чем Фиодор успел рассеять это ее мнение – или напомнить, что Сайлуни не только опасно знаменита, но и мертва, – звуки быстрых шагов наверху башни объявили о прибытии подкрепления.

Лириэль сорвала маску с мертвой Колдуньи. Внешность той изменилась, мгновенно и разительно. Она словно стала меньше, черты лица смягчились и расплылись, и она превратилась в полную женщину средних лет.

Фиодор припомнил, что говорилось в сказках о силе этой маски. Это был рашемаарский артефакт, наводивший чары на свою обладательницу, позволяя ей менять внешность по своему усмотрению. Лириэль тоже поняла это. Она быстро надела маску, и перед Фиодором вдруг оказалась незнакомка.

Новый облик, выбранный Лириэль, напоминал Квили: высокая стройная женщина с длинными серебристыми волосами. По счастью, теперь, когда ее черное лицо было закрыто маской, а руки – перчатками от ночной прохлады, она была более или менее похожа на Сайлуни.

Руки Лириэль задвигались, творя заклинание.

В воздухе открылся маленький колеблющийся портал, он спустился вниз кусочком шелка и накрыл мертвую женщину. Тело исчезло, едва магическая ткань коснулась его, затем растаял и сам портал.

В зал вбежали три женщины в масках и темных одеждах. Они сузившимися глазами уставились на Лириэль.

– Кто вы? – спросила самая высокая из трех, очень, стройная, с пышными темно-каштановыми волосами.

– Предоставь это мне, – тихо сказал Фиодор Лириэль. Он вышел вперед и склонился в низком поклоне. – Я Фиодор из поселения Дерновия, я только что вернулся, выполнив поручение, данное мне женщиной из вашего ордена.

– Это я прекрасно знаю. – Одна из Колдуний сняла маску, под которой оказалось приятное круглое лицо. Паутинка морщинок разбегалась от углов ярких синих глаз. Она была стара.

Это ужасно поразило Лириэль. Дроу старились медленно, и мало кто доживал до преклонных лет. Те, кто был настолько могущественным, чтобы суметь выжить, обладали и достаточными возможностями продлить молодость. Но лицо этой женщины отметины прожитых лет, казалось, скорее украшали, чем портили.

– Зофия, – ахнул Фиодор. Он перевел взгляд на Лириэль, и старая Колдунья сделала то же.