В дверь постучали.

– Входите, девушка, входите, - замурлыкал Мирзоев.

Но вместо грудастой проводницы в купе вошел здоровенный детинушка лет тридцати с небольшим в кремовом костюме из "жеваной" ткани. Круглолицый, курносый, с редкими белесыми бровями, он походил на пастушка-переростка. В мосластых руках, далеко высовывающихся из рукавов, детинушка внес огромную спортивную сумку. Поставленная на пол сумка переливчато зазвенела, а вошедший вытер цветастым платочком вспотевший лоб.

– Не ошибся дверью, дорогой?
– спросил Седлецкий.

– Никак нет, товарищ подполковник, - тихо сказал детинушка.
– Разрешите представиться: капитан Сарана. Прикомандирован на весь срок операции. Отвечаю за техническое обеспечение и контакты с местным руководством.

– Ага... Присаживайся, Сарана. В сумочке у тебя, надо полагать, все необходимые технические прибамбасы? И ты их решил показать, чтобы продемонстрировать высокую готовность.

– Ну что вы, - натянуто улыбнулся капитан.
– Для моих прибамбасов нужен хороший фургон. Сегодня я по совместительству выполняю функции курьера-связника. Он заболел. А я варенье от тещи везу, чтобы мотивировать поездку.

– Так ты местный?
– спросил Мирзоев.

– Местный. После сокращения из армии вернулся домой, в Шпаковское. Потом заканчивал в Краснодаре курсы по переподготовке офицерских кадров. Сейчас работаю в краевой администрации, в комиссии по приватизации.

– Значит, на деньгах сидишь, президентский прихвостень?
– подмигнул Седдецкий.
– Ну и правильно. Нашему брату надо быть поближе к госимуществу и материальным ценностям.

– Да, товарищ подполковник, на деньгах сижу, - вздохнул Сарана. Тошнит уже. И от денег, и от харь, которые вокруг них. Впрочем, мое положение позволит легализовать наши будущие контакты. Вы ведь предприниматель?

– Верно. Расширяю сферу интересов. Приехал пощупать Северный Кавказ. Хочу наладить оптовые поставки зерна в уральские районы. С товаропроизводителями буду договариваться сам. Ну, попутно ищу себе большой дом. В тихой зеленой станице, непременно возле речки или озера. Во-первых, это хорошее помещение капитала, во-вторых, неуютно мне в Москве. А в-третьих, достаточно и во-первых...

– Недвижимость - по моей епархии, - сказал капитан серьезно.
– Могу предложить несколько вариантов. Заодно и сопровождать. Грех не срубить с залетного коммерсанта немножко денег за комиссию.

– Срубишь, - пообещал Седлецкий.
– Давай к делу. На постой нас определили?

– Так точно. Адрес в Ставрополе - проспект Маркса, 48, квартира 14. Хозяин наш человек. Квартиру сдает постоянно, так что подозрений у соседей не будет. После обеда жду в краевой администрации. Комната 409. Пропуска будут заказаны.

– Как идет подготовка к операции?

– Нормально. Однако за последние сутки изменились обстоятельства. Упрямый вылетел в Москву.

Седлецкий с Мирзоевым переглянулись: на время операции кличку Упрямый навесили на командарма Ткачева, будущего военного министра хунты.

– Не понос, так золотуха, - пробормотал Мирзоев.
– Выходит, зря ехали? Зачем он сорвался в Москву?

– По имеющейся информации, Кирпичев и его ближайшее окружение Упрямого не вызывали. Следовательно, в Москву он отбыл по собственной инициативе.

Псевдонимом Кирпичев обозначался министр обороны, который любил иногда, вспоминая лихую воздушно-десантную молодость, разбить кирпичдругой о свою крепкую голову.

– А вы, местные товарищи, - поджал губы Седлецкий, - не могли насторожить Упрямого? Может, прокололись нечаянно, где-то грубо сработали?

– Маловероятно, - нахмурился Сарана.
– К активным действиям без вас не приступали. Кроме того, у нас достаточно опытные люди. Хоть и местные, как вы справедливо заметили.

– Да ты не возгорайся, Сарана!
– поморщился Седлецкий.
– Готовится группа, операцию планирует куча разработчиков. И едва она начинается, объект исчезает как намыленный. Этому должно быть убедительное объяснение. А у вас его нет. Как дальше прикажете работать, капитан? Ладно. Пока свободен.

Сарана взял сумку и ушел, а Мирзоев сказал:

– Зачем мальчишку обидел, Алексей Дмитриевич? Он хороший, глаза умненькие, говорит дельно.

– Говорить дельно мы все умеем. Работать надо дельно!

– И тут ты не прав. У парня четыре ходки в Польшу. Последний раз во главе группы. И никто не завалился, никто в могилке не спит и в спецтюрьме нары не полирует.

– А ты откуда знаешь про Польшу?

– Любопытный я, - сказал Мирзоев с усмешкой.
– Интересно знать, с кем приходится работать.

После долгого молчания Седлецкий решил: