Шрифт:
Мелвилл раздраженно взглянул на него.
— Перестаньте, Уайлдвуд. Мы уже покончили с этим, Сабрина никогда не выйдет за вас замуж. Это просто абсурд.
— Абсолютно неразумно, — подтвердил Норкросс.
— Чертовски глупо, — сказал Чатсуорт.
— Как говаривала моя праведница-гувернантка: «Глупость видна, когда ее сделаешь». — В глазах Николаса блеснула угроза. — Повторяю, Мелвилл: убери руки.
Сабрина выскользнула из рук Мелвилла.
— Я бы очень хотела, чтобы вы прекратили обсуждать меня в моем присутствии.
— Обсуждать… вас? — Мелвилл изумленно переводил взгляд с Сабрины на Николаса. — Бог мой, Сабрина, неужели вы…
— Вы хотите сказать… — произнес Норкросс.
— Что вышли замуж за Уайлдвуда? — закончил Чатсуорт.
— Именно это она и хочет сказать, — со злорадством улыбнулся Николас.
Сабрине захотелось дать Николасу пощечину, чтобы испортить ему удовольствие.
— Послушайте, Уайлдвуд, — незаметно приблизился к Николасу Норкросс. — Я надеюсь, вас не обидело мое замечание насчет того, что Сабрина носит такую восхитительную одежду.
— Чепуха, старина. — Николас хлопнул его по спине, как будто они были близкими друзьями, и тревога исчезла с лица Норкросса. — Не могу же я сердиться на вас за то, что вы сказали правду.
Он оглядел Сабрину с головы до ног с таким видом, что было ясно: всем остальным разрешается выражать свое восхищение, но не более того. Она сжала кулачки от этого по-хозяйски властного взгляда.
— Теперь, когда Сабрина занята, Уайлдвуд, — сказал Норкросс, оценивающе глядя на Уинни, — могу я попросить представить меня этому очаровательному созданию?
— С удовольствием. Мне очень приятно представить ее человеку, близкому по положению и происхождению. Норкросс, разрешите представить вам мою сестру, леди Уинифред Харрингтон.
Глаза Николаса весело блестели. Этот человек вел себя так, словно находился на светском балу, а не посреди пустыни.
Норкросс схватил ее руку и поднес к губам.
— Я в восхищении, дорогая.
Мэтт подвинулся к Уинни и прорычал:
— Отпустите руку, если вам жизнь дорога.
— Капитан… — восхитилась Уинни.
Николас рассмеялся:
— Извините, Норкросс. Лучше сделайте то, о чем он просит. Он — плохо воспитанный американец. Они все довольно вспыльчивы и непредсказуемы.
Норкросс вздохнул, в последний раз с сожалением посмотрел на Уинни и отошел в сторону.
Сабрина не верила своим глазам. Ее муж, очевидно, все знал о сестре и Мэтте, и при этом знал с самого начала. Знал и позволял развиваться их отношениям, притворяясь, что ничего не замечает.
— Кажется, наша попытка спасти вас была необдуманной, — сказал Мелвилл. — Примите мои извинения, Уайлдвуд. Желаю вам обоим счастья.
— Благодарю вас, Бенджамин, — с благодарностью сказала Сабрина. — Я искренне тронута вашей заботой.
Она кивнула Норкроссу и улыбнулась Чатсуорту, стоявшему рядом с Белиндой.
— Не стоит благодарности, — снисходительно заметил Норкросс, как будто путешествие на край света и предложение руки и сердца были столь же обычны, как и вечер, проведенный в «Ковент-Гарден». — Как видно, в нашем присутствии здесь больше нет необходимости. Думаю, нам пора уйти.
— Конечно. — Мелвилл бросил последний грустный взгляд на Сабрину. — Хотя все получилось не так, как я надеялся, но, возможно, это и к лучшему.
К нему присоединился Норкросс. Чатсуорт, стоявший рядом с Белиндой по другую сторону костра, медлил.
— Чатсуорт? Думаю, наше дело здесь закончено.
Чатсуорт медленно покачал головой.
— Позвольте с вами не согласиться. — Он вынул из жилета устрашающего вида пистолет и направил его на собравшихся.
Глава 18
Норкросс с досадой громко вздохнул:
— Послушайте, Чатсуорт, женщина уже замужем. Постарайтесь вести себя с достоинством.
Короткий злорадный смешок, изданный Чатсуортом, царапнул Сабрину по сердцу. Холодок пробежал по спине.
— Подозреваю, этого человека интересует не только Сабрина, — спокойно произнес Николас.
Он изучающе смотрел на Чатсуорта.
— А вы проницательны, Уайлдвуд, — ответил тот. — Хотя, должен признаться, если этих двух дураков привела сюда нелепая идея жениться на Сабрине, то и меня она вполне устраивала. Получив в жены Сабрину, я получил бы и ее богатство, — Он с сожалением взглянул на Сабрину. — Мы бы поладили. Однако меня привлекали ваши деньги, а не хорошенькое личико,