– Нет уж, нет, - яростно возразил Федор Кузьмич.
– Ты к нам приехала вот и живи сколько надо.

Старушка Марья Михайловна тоже была добрая и заботливая. По утрам оладьи Вере Михайловне пекла, как маленькой. Вера Михайловна попробовала отложить несколько штучек для Сережи:

– Он любит. Его бабушка тоже оладушками балует.

– Да что ты! И не вздумай. И ему хватит. Да-я потом горяченьких наготовлю.

Она же, эта добрая Марья Михайловна, настроила Веру Михайловну на розыски родственников.

– Может, кто и объявится. Надо искать. Да что же ты, месяц живешь и не поискала? Да, может, по материнской линии?

Тут только Вера Михайловна вспомнила про эту возможность. Но, к своему огорчению, она не могла воспользоваться ею. Она не знала девичьей фамилии матери. Для нее она была Зацепиной Маргаритой Васильевной. И только. В раннем детстве ей и в голову не приходило спрашивать девичью фамилию матери; И родственников она не знала. Были. К ним по праздникам приходили тети, дяди, постарше, помоложе. Но кто они?

Где их сейчас искать? Она не помнила ни лиц, ни фамилий, ни адресов.

Но об этом Вера Михайловна промолчала, поблагодарила Марью Михайловну за совет.

– Да вот, возьми-ка для начала,-предложила Марья Михайловна и вышла в прихожую. Вернулась с толстенной книгой телефонов.
– Может, тут. Это внук перед уходом в армию преподнес.

Со странным чувством листала Вера Михайловна эту книгу, боясь и ожидая.

"А вдруг и в самом деле найду? А может, пустое занятие? Может, нет больше Зацепиных или у них телефона нет? А вдруг есть?"

Мелькали фамилии: Забежинская, Зайцев; Замятин, Зац... И Зацепина 3. И.

Дрожащей рукой Вера Михайловна записала телефон, позвонила в справочное, узнала адрес. Не желая показать Марье Михайловне своего волнения, она быстренько оделась и вышла на улицу. Первое стремление было немедленно позвонить 3. И. Зацепиной, но Вера Михайловна тотчас остановила себя: "О таких делах не по телефону... Вот навещу Сереженьку и поеду".

Сережа в этот день был снова возбужден. Опять рассказывал, что его только его - смотрело много дядей и тетей.

"Глупыш,-подумала Вера Михайловна.-Он вроде гордится этим".

Теперь она знала, что это никакой не консилиум, а просто группа студентов или врачей. Они учатся на ее сыне. Для них он "редкий случай". Теперь Вера Михайловна реагировала на это спокойно. Она привыкла к интересу, который проявляют медики к болезни ее сына. Так и должно быть. Одни люди учатся на других, чтобы лечить третьих.

Она ушла с Сережей в свой уголок, достала гостинец Марьи Михайловны и, пока он ел, рассказывала ему про новую квартиру, про бабушку, что испекла эти оладьи, и про деда, у которого усы на лоб полезли. Она смешно изображала деда, Сережа улыбался и просил;

– Покажи еще.

Она оставила его в приподнятом настроении и, довольная тем, что он сегодня такой веселенький, бодро решила ехать по адресу Зацепиной 3. И.

Но, пока садилась в трамвай, пока ехала, пока пересаживалась на автобус, решительность ее растаяла, К дому она подходила не очень уверенной походкой.

К тому жа разобраться в новых домах было не так-то просто. Все они походили друг на дружку, все были серые, прямоугольные, с одинаковыми балконами, подъездами, сломанными скамейками у входа, да и расположены квадратно-гнездовым способом: четные во дворе, Нечетные с улицы, а то и наоборот, а то вдруг школа или магазин вместо ожидаемого жилого дома.

А тут еще наступили сумерки. С каждой минутой становилось мрачнее, а фонарей не зажигали. И только Вера Михайловна хотела было возмутиться по этому поводу, вспыхнул свет, и она увидела, что стоит как раз перед нужным ей домом.

Вера Михайловна даже отпрянула от неожиданности, сделала шаг назад. Но тут же собралась и чуть ли не бегом направилась к подъезду. Она в какую-то минуту влетела на третий этаж, остановилась напротив пятнадцатой квартиры, подняла было руку, чтобы позвонить, но тотчас отдернула ее.

На косяке висела планочка с тремя фамилиями, в том числе-Зацепина, три звонка.

Это обстоятельство напугало Веру Михайловну. Она, как девчонка, повернулась от дверей и побежала вниз.

Ей показалось странным, что несколько семей живут в одной квартире, До сих пор как-то так получалось, что она попадала к людям, живущим в отдельных квартирах, кроме них там никто не жил. Ей показалось неудобным заводить интимные разговоры при посторонних людях.

На улице она увидела телефонную будку. Зашла. Набрала номер. Ответил ломкий молодой голос.