А потом она увидела Сережу. Он вздрагивал, точно через все его худенькое тельце проходила судорога. Вера Михайловна опустилась на колени, припала лбом к его личику, и судорога эта прошла через нее, через ее сердце, и будто возбудила его. Сердце заныло и затрепетало в груди.

– Уведите,-произнес знакомый голос.

Кто-то поднял ее, подхватил под руки.

В коридоре Вера Михайловна увидела много людей.

Она не различала их в отдельности, просто заметила, что их много. Они смотрели на нее и молчали. Так молчали, будто их не было.

– Люди...-почти бессознательно произнесла Вера Михайловна и хотела добавить с упреком: "Что ж вытакие большие, так вас много, и не уберегли моего сыночка..." Но у нее не хватило сил на такую длинную фразу, и вместо этого она выкрикнула:-Люди!-и зарыдала, повиснув на руках сопровождающих ее сестер.

Секретарша Леночка вскочила, но было уже поздно.

Нежданный посетитель вошел в кабинет профессора. Она не могла окликнуть его, остановить, потому что это был главный врач клинической больницы, для нее самый большой начальник.

Доцент Рязанов поздоровался и без приглашения сел в кресло. Крылов кивнул и не удивился, точно ждал его прихода. Он сидел над какими-то бумагами, уставив взгляд в одну точку. Вид у него был усталый. Цвет лица бледно-желтый. Под глазами мешки.

– Ты бы о своем сердце подумал, - посочувствовал Рязанов.

– О чем?
– не понял Крылов.

– О здоровье, говорю, своем.

Крылов пропустил совет мимо ушей, произнес после паузы:

– Видишь ли, мы на этот раз ни при чем. Операция прошла безупречно. Вот акт патологоанатомов. К нам нет претензий.

Его это взволновало, и он оживился:

– Причина смерти, видишь ли, необычная. Мы травмировали кровь. Да, вот и такое может быть. АИК еще не совершенен. Кровь, проходя по нему, портится. Происходит разрушение эритроцитов, гемолиз. А затем - осложнение на почки. От этого он и погиб... Если бы была "искусственная почка"... Он вскинул голову, уперся взглядом в Рязанова.
– Нужна "искусственная почка". Нам не по профилю, но... вот... нужна. Бывают и такие случаи.

Он умолк, ожидая ответа.

– Пока не нужна,-сказал Рязанов.

– Ах, вам, видите ли, не нужна!-вспылил Крылов.-Так нам необходима. Мы должны иметь под рукой все, чтобы гарантировать человеку жизнь.

Рязанов не стал спорить, неторопливо открыл папку, достал бумагу и протянул ее Крылову.

– Что это?-спросил Крылов, не собираясь брать бумагу.

– Приказ начальства,-сказал Рязанов и положил бумагу на стол.
– О запрещении принимать с тетрадой Фалло.

Крылов схватил приказ, пробежал глазами и небрежно отложил в сторону. Он долго молчал, поглядывая в окно, где на покрытой ледком ветке беззаботно попрыгивал воробьишка.

– Тогда пусть они и меня запретят, - наконец произнес Крылов.-Я не шарлатан и не авантюрист. И не сапоги крою. Я не могу отказать матери, если она умоляет спасти ее ребенка. Я не могу сказать: "Нет. Пусть умирает". Если есть хоть один шанс из десяти, я буду оперировать, буду всеми силами стараться не упустить единственный шанс. Отберете клинику-в сарае разверну операционную. С нуля начну, но не брошу. В этом моя роль на земле-помогать страждущим людям.

Он остановился, ожидая возражений. Рязанов промолчал.

– Мы уже многого достигли,-продолжал Крылов поспокойнее.-Хирурги освоили самые сложные операции. Теперь дело не за нами, за техникой.

– Вот и нужно подождать.

– А люди? А "синие мальчики"?

– Выше себя не прыгнешь.

– Прыгают!
– Крылов даже привскочил на стуле.-Вы, видите ли, отстали,-он перешел на "вы", что означало крайнюю степень раздражения. Средний рост человека, учитывая акселерацию, - сто восемьдесят сантиметров. А рекорд по прыжкам в высоту с разбега?

Э-эх, темный лес! Двести двадцать восемь сантиметров.

А два метра обыкновенная мастерская норма. То-то, уважаемые администраторы. Устаревают ваши взгляды.

Человечество перепрыгивает самое себя. Человек увидел землю с высоты. Понял, какая она небольшая и как важно охранять и беречь ее. Наступит время - оно уже наступает,-когда люди поймут, как важно беречь человека. Как важно сохранять ему здоровье и радость жизни. И что думать надо не о том, как убить, а о Том, как уберечь человека.