Шрифт:
Неожиданно Энимал полез в боковой карман, будто вспомнив о чем-то и доставая оттуда какой-то предмет. Олег бросил быстрый взгляд на Павла. Тот уловил во взгляде приказ и моментально раскрыл барсетку, в доли секунды выхватил оттуда пистолет и выстрелил в Энимала. Тот стал медленно сползать со стула. Кровь выступила на белоснежной рубашке. Из кармана выпала рука с зажигалкой...
Олег бросил неодобрительный взгляд на Павла. Сквозь зубы он процедил:
– Уходим, быстро и тихо!
Они тотчас же встали и направились в противоположную сторону улицы, растворившись в толпе.
Через несколько минут возле распростертого на полу тела собралась большая толпа голландцев. Чуть позже подъехала полиция...
Доехав до гостиницы, Олег по полной программе отчитал Павла:
– Зачем ты его грохнул?
– Но, Олег, я думал, что он сейчас ствол достанет и будет нас гасить! – пытался оправдываться Павел. – Ты же так на меня посмотрел! Я думал – ты команду дал...
– Сколько со мной работаешь, а до сих пор не можешь определить, где команда, а где просто взгляд!
– А чего ты так смотрел на меня?
Олег и сам не мог объяснить, почему он так посмотрел на Павла...
– Что теперь делать? Надо уходить, пока не поздно, – сказал он.
– А кто нам что сделает? Мы же иностранные подданные! – сказал Павел, похлопав себя по боковому карману.
– Ладно, нужно сваливать. Звони Максу, пусть срочно забронирует три билета на рейс до Афин. А мы с тобой сейчас свалим.
Они быстро собрали свои вещи – несколько чемоданов и одну спортивную сумку – и стали спускаться вниз.
Подойдя к портье, Олег вытащил из кармана кредитную карточку и протянул ему вместе с ключом. С большим трудом он назвал по-английски номер комнаты, где они жили, и хотел было добавить, что хочет расплатиться, но, позабыв все необходимые слова, попытался на пальцах объяснить, чего он хочет.
Расплатиться Олег не успел. К нему вплотную подошли несколько человек в штатском. Рядом стояли несколько полицейских.
Через некоторое время Олег и Павел сидели в помещении голландского полицейского участка. Олег пытался объяснить, что он не русский.
– Ай эм грик, ай эм грик, – повторял он одно и то же и показывал полицейским свой греческий паспорт.
Полицейский взял паспорта, где были наклеены фотографии Олега и Павла и выведены греческие фамилии – Антонидис и Калацидис. Полицейский говорил что-то на фламандском языке, но Олег ничего не понимал. Затем полицейский стал звонить в какую-то контору и объяснять, что перед ними греческие подданные. Через час в участок приехал переводчик. Он заговорил с ними по-гречески. Вся беда заключалась в том, что ни Павел, ни Олег греческого не знали. Тогда полицейский сказал:
– Руссо мафия!
Олег отрицательно покачал головой.
В этот же вечер через Интерпол фотографии Олега и Павла, сделанные в полицейском участке, были направлены в Москву, в представительство Интерпола, для ознакомления российских правоохранительных органов с личностями задержанных.
Москва. 31 мая 1997 года. 10.00. Здание РУОПа
Олег Иванович Воинов сидел в своем кабинете, когда позвонил телефон. Подняв трубку аппарата, который связывал его с руководством РУОПа, Воинов назвал свою фамилию и стал ждать, когда к нему обратятся. Звонил замначальника РУОПа, курировавший отдел Воинова.
– Олег Иванович, зайди ко мне в кабинет! Тебя хорошее известие ждет!
– Что, премия полагается? – поинтересовался Воинов.
– А у тебя что, денег мало? – услышал он.
Закрыв свой кабинет, Олег направился по коридору к кабинету руководства. Вскоре он уже сидел в кабинете своего начальника.
Тот был немногословен. Он вытащил из ящика письменного стола папку и подвинул ее к Воинову.
– На, посмотри. Здесь двоих русских в Амстердаме задержали. Может, по твоей конторе проходят?
Воинов раскрыл папку. На него с фотографий смотрели два человека, которых он тотчас же узнал. Это были Олег Нелюбин и Павел Зелянин.
– Ну что, узнаешь?
– Конечно, узнаю! Это Нелюбин и Зелянин. Что, Интерпол их по нашей заявке задержал?
– Нет. Их приняли за убийство. Они какого-то Энимала завалили в Амстердаме.
– А нам они их выдадут?
– Готовь повторную заявку. По всем официальным инстанциям. Свяжись с прокуратурой, пусть готовят всю бумажную бодягу. Но я думаю, что, пока у них следствие не закончится, нам этих голубков в Москве не видать.